Мы из Конторы

А после будто цирковой акробат по водосточной трубе вниз спустился, да притом со сломанными рукой и ногой. А спустившись, ускакал в неизвестном направлении. На одной ноге!

Чудеса да и только!..

Или верно — состояние аффекта?.. Не исключено, усугубленное принятием алкоголя…

На том и порешили. После чего главврач приказал уволить ночную медсестру и провести в палатах повальные обыски на предмет изъятия незаконного спиртного. И распорядился поставить на окнах туалетов металлические решетки. Потому как дурной пример заразителен.

Сбежавшего больного так и не нашли, хоть все ближайшие кусты облазили.

Заявление Анны Михайловны о пропаже мужа в милиции не приняли, сославшись на то, что никакого криминала они в происшествии не усматривают, так как пропавший сбежал сам, возможно, от нее.

А про себя подумали, что, кабы их воля, они от своих жен тоже с удовольствием мотанули бы куда подальше, и тоже хоть даже с риском для жизни…

Так обретшая было свое семейное счастье Анна Михайловна его лишилась. Сама не понимая, почему… Как будто она стерва какая или мегера, чтобы от нее в окно сигать!..

Нет, все-таки верно говорят — все мужики сволочи!

Даже те, что сперва не сволочи, а почти ангелы…

Глава 8

Все вышло глупо и грязно!

Но по-другому не получилось.

"

"Уйти по-английски, тихо и не прощаясь, днем было затруднительно из-за присутствия больных, среднего и старшего медперсонала, но более всего Анны, которая, взяв отпуск, дежурила подле его кровати с утра до позднего вечера, отлучаясь лишь в туалет.

Он решил уйти ночью, дабы иметь несколько резервных часов на то, чтобы замести за собой все следы. И надо же — напоролся на дурака-охранника, которому было нужно больше других! Ну кто мог предполагать, что он окажется в процедурной и что будет настолько агрессивен!

Пришлось уходить грязно.

Чтобы уйти, а не залечь на больничной койке с новыми многочисленными переломами.

Непростительная промашка!

Но уйти все равно нужно было. И весьма срочно!

Потому что свидание было назначено на следующий день.

О времени и месте свидания он узнал из объявления. Хотя никакого времени и места там указано не было. Но был указан контактный телефон — 16-22-09. Который не был телефоном. А был знаком.

Что его ждут шестнадцатого числа в двадцать два ноль-ноль, в месте, обозначенном цифрой девять.

Что это за место, знали только он и человек, его вызывавший, — больше никто. Места встреч он определил сам, выбрав подходящие площадки и зашифровав их цифрами.

Номер один — была мужская баня на окраине города, где легко было затеряться среди десятков голых мужиков и пара и трудно было спрятать микрофон. Потому что негде.

Номер два — бассейн.

Номер девять — полузаброшенная дорога за городом в чистом поле, где легко было заметить спонтанную слежку.