Мы просто дружим

– Ну мне-то не сложно попросить. Это у тебя вечно проблемы с этим, как будто язык отвалится, если Евгения Холодова признается, что она в чем-то не совершенна и чего-то не может сама.

– Так, что-то я пропустила тот момент, когда мы закончили обсуждать предстоящую поездку и начали гнобить меня.

– Вот! Невнимательность – еще один твой недостаток!

Женьке это надоело, она ловко просунула руку под Санину толстовку и сильно ущипнула его за бок. В ответ на возмущенный вопль погладила пострадавшее место, не отказав себе в удовольствии попутно потрогать напрягшийся рельефный пресс, а потом, как примерная девочка, вытащила руки и обхватила Саню за талию, как и полагается пассажиру мотоцикла – поверх одежды, крепко, надежно и без всяких намёков.

– Едем уже, король дороги! Хорош пиздеть.

Словно в отместку, Саня так рванул с места, что, не имей Женя совершенно никакого опыта подобных поездок, могла бы и слететь с мотоцикла. Но она только крепче ухватилась за Саню и приготовилась наслаждаться поездкой. Ведь всем известно, что половина удовольствия от поездки на байке в качестве пассажира зависит от того, насколько тебе нравится прижиматься к водителю.

Прижиматься к этому водителю Женьке нравилось. 150 из 100.

Дорога была идеально ровная, не слишком оживленная, и лететь по ней было приятно. Женька ловила кайф! Скорость, которую ощущаешь всем своим существом, широкая горячая спина, защищающая от ветра, и бурлящий в груди восторг того особого сорта, который возникает только от поездок на байке. Машина – это все же совсем другая история.

– Блядь! – Саня резко дернул плечом, и мотоцикл едва не повело в сторону. Но он быстро выровнялся и как только увидел съезд с дороги на заправку, свернул туда.

Затормозил, спрыгнул, снял шлем и начал сдирать с себя толстовку, слегка морщась, будто от боли.

– Что случилось?

– Сука, шмель! В меня врезался гребаный шмель!

– Оу, ну это, наверное, очень неприятно.

– Неприятно?! Женя, мы ехали сотку! На такой скорости шмель в плечо – это, блядь, как выстрел из снайперки. У меня аж в глазах потемнело.

Женька недоверчиво хмыкнула, но когда Саня стянул футболку и она увидела большой, наливающийся лиловым синяк на плече, тут же поменяла свое мнение."

"– Нихрена себе! А если в тебя птица решит врезаться, пока ты едешь на мотоцикле?

– То земля тебе пухом, – хмыкнул Саня, осторожно потрогал синяк и стал одеваться.

Женя с сожалением проводила взглядом футболку, которая снова скрыла от мира красивые голые плечи и сильные грудные мышцы. В кончиках пальцев аж заныло, до того захотелось провести по гладкой горячей коже. Сначала ладонью, потом языком – собирая вкус разгоряченного тела.

Женька судорожно сглотнула, чувствуя, как в горле от таких мыслей предательски пересохло. Не надо было с ним спать.