Мышка для Котова

— Захотелось подышать свежим воздухом, пока жары нет, — увиливаю от ответа.

— И правильно, — женщина мне улыбается. — Кушай, Анечка. Приятного аппетита."

"— Спасибо, — я беру горячую оладью и отправляю в рот. — Очень вкусно, — хвалю её, откусываю кусочек.

В этот момент на кухню заходит потрепанный Марк, держась за голову. По одному ему виду, заметно, что ему крайне плохо.

— Марк? — тётя Оля подскакивает из-за стола. — Ты что здесь делаешь?

— Чёрт, мамуль, не кричи, — морщится парень, хватаясь рукам за голову. — Я сам не помню, как сюда пришёл.

— Так, сын! По какому поводу пьянка? — строго спрашивает женщина, уперев руки в бока.

— Да брось, ма. Посидел с друзьями, выпил. У Темы мальчишник был. Они, между прочим, с Соней женится, — парень набирает стакан воды и залпом его выпивает.

— Скажи ещё, что от неразделённой любви так напился, — фыркает тётя Оля.

— От любви, ма, — парень кидает на меня взгляд, а я хмурюсь.

Что за Соня? Что если он меня вчера принял за эту самую Соню, которая замуж выходит. Казалось, что больнее быть не может. Но я ошибалась. Чертовски сильно ошибалась. От ревности внутри всё медленно начинает выкручивать.

— Марк, ты ведёшь себя неподобающим образом. Завалился ночью домой, в комнату к Анечке, из-за чего девочка ушла из дома, — строго говорит она.

— Ты серьезно? — Марк хмурится и смотрит на меня, сдвинув грозно брови.

Я дергаю неопределённо плечом.

— Настолько противно? — спрашивает с грустью и с какой-то тоской.

— А ты думал, что после тех слов я с радостью распахну объятия и будут спать с тобой в одной кровати? — спрашиваю тихо, на миг забыв, что тётя Оля стала свидетельницей нашего разговора.

Женщина переводит не понимающий взгляд с меня на Марка.

Я опускаю глаза в тарелку, без всякого аппетита продолжая свой завтрак.

— Марк, если ещё раз такое повториться, то я буду вынуждена сказать всё папе, — строго говорит женщина.

— Да, мам, неплохо было бы, чтобы ты с ним поговорила, — раздражённо говорит парень. — Х*й знает, что у вас там произошло, но меня за*бало видеть, как батя убивается и бухает каждый вечер.

— Я тебе говорила, чтобы ты не лез в отношения родителей, — бледнеет женщина и отворачивается.

— А что я могу сделать, если вы ведёте себя, как два подростка? Прячешься от него уже месяц, а он знает прекрасно где ты, но делает вид, что находится в неведении, — Марк морщится от головной боли.

 — Так что звони. Буду только рад, если вы поговорите, наконец, — разворачивается и собирается уйти. — Прости, Ань, я вчера перебрал. Больше такого не повторится, — сердце ухает вниз. Он что? Всё помнит?

— Чего не повторится? — шепчу растерянно.

— Больше не буду заваливаться к тебе среди ночи, — поясняет он, хмурясь. — И досаждать.

— Ладно, — обида накатывает.