На перекрестке больших дорог

Вот и все! Возвращайтесь домой и помалкивайте. Я займусь им.

И он наклонился над раненым, помогая ему встать. Но Пьер остановил его жестом.

– В таком случае я отказываюсь. Я никогда не откажусь от нее, сир Бернар, и вам было бы лучше убить меня.

– Хорошо, я вас убью позднее… когда вы поправитесь, – спокойно ответил Бернар. – Идите, госпожа Катрин, я все сделаю! Спокойной ночи, – прибавил он сухо.

Подчинившись повелительному голосу, она медленно ушла из сада, огороженного стеной, прошла через высокий портал и вошла во двор замка, все еще ясно не представляя, куда идти и что делать. Она горела от стыда и унижения. Ведомая только инстинктом, она пришла к себе. У дверей комнаты она увидела Сару. Улетучившийся стыд уступил место гневу.

– Кто послал Бернара в сад? Не ты ли?

Сара пожала плечами:

– Ты с ума сошла? Я даже на знала, что он вернулся. В самом деле этот Брезе закружил тебе голову, лишил разума, ей-богу…

– Я прощаю тебе твои слова. Сегодня его хотели убить из-за меня. Но Бернар дрался с ним и… ранил его. Но вы зря теряете время, все, сколько бы вас ни было, потому что вам не разлучить нас! Я люблю его, слышишь? Я люблю его, и я буду принадлежать ему, как только захочу. И чем раньше это произойдет, тем лучше!

– Я тоже так думаю, – холодно сказала Сара. – Ты себя ведешь как животное в сезон любви. Тебе нужен мужчина, и ты нашла подходящего: бери его! А в твою любовь к нему я не верю. Ты сама для себя разыгрываешь комедию. И тебе хорошо известно, что ты сама себя обманываешь, Катрин.

Повернувшись, Сара ушла в свою маленькую комнату, тщательно прикрыв за собой дверь. Катрин растерянно посмотрела на эту закрытую дверь. Сердце сжалось у нее в груди. У нее было желание подбежать к молчаливым створкам, трясти их, бить кулаками и заставить Сару выйти… Ей, как в детстве, хотелось плакать и искать утешения в объятиях своей старой подруги. Эта ссора, разъединившая их, причиняла немыслимые страдания. Она защищалась от них гордостью, но вот в одночасье гордость растворилась и исчезла. Годами длилась их привязанность друг к другу, вместе они прошли через тяжкие испытания, они любили друг друга. Понемногу Сара стала ей матерью, и у Катрин теперь было такое состояние, будто она отрезала от себя часть плоти."

"Она шагнула к двери, подняла руку, чтобы постучать, но с другой стороны двери царило молчание… А перед глазами Катрин предстал раненый Пьер, послышались нежные слова любви… Если бы она не противилась Саре, та смогла бы вырвать ее у Пьера. Но Катрин не хотела терять это хрупкое счастье, которого уже и не ожидала. Медленно, очень медленно ее рука опустилась вниз. Завтра она пойдет к Пьеру, будет ухаживать за ним, и наплевать, если в ее поведении будет усмотрено предзнаменование скорого супружества.