Напарник

Роман переместился туда, куда приказал ему Виктор, лег и навел дуло автомата, снабженное глушителем, на дверь ложной щитовой.

Будка неподалеку ощитинила еще двумя стволами. Только эти расположились один над другим. Это Морис и Поль заняли боевые позиции. Лиц их Роман не видел в глубокой тени. Но кто из них находился выше, а кто ниже, догадаться было нетрудно.

«Хорошая связка у французов, – отметил Роман. – Видно, не один год вместе».

Виктор примерился и шишкой, подобранной в лесу, бросил в дверь щитовой.

Звук получился правильный. Не резкий стук, как после удара чем-то твердым, а шершавый толчок.

Главное, что не человек.

Виктор выждал пару секунд и бросил еще одну шишку.

Расчет оказался верным.

Дверь щитовой медленно приоткрылась, из нее показалась голова человека и дуло автомата.

Роман узнал Люка.

Великан открыл дверь шире, высовываясь наружу всем своим могучим корпусом, поводил туда-сюда головой.

Никого не обнаружив, он уже начал закрывать дверь.

И тут заработали автоматы.

С одной стороны Роман, с другой французы ударили короткими очередями. Люк задергался в дверном проеме, отпустил ручку и вывалился наружу.

Виктор махнул рукой.

Вперед.

Роман подскочил к дверям, перепрыгнул через Люка и ворвался внутрь.

Здесь горел лишь тусклый аварийный фонарь, позволяя с горем пополам ориентироваться в темноте.

Но все равно хорошо различалась дверь лифта и кнопки вызова.

Рядом со стулом, на котором сидел часовой, лежала рация и пачка миндальных орехов.

Возле Романа уже стоял Виктор.

По обе стороны от лифта заняли позицию французы.

Роман указал на рацию.

Виктор кивнул и положил ее в свой нагрудный карман.

Указал на лифт и затем большим пальцем ткнул вниз.

Роман кивнул и жестом показал, что внизу их тоже будет ждать охранник. И показал, чтобы Виктор отдал рацию ему.

Виктор вручил ему рацию и нажал кнопку вызова.

Низко загудел двигатель.

И почти сразу ожила рация в руке Романа.

– Люк, – послышался голос на дурном французском языке. – Ты зачем вызвал лифт?

– Хочу пи-пи, – подражая грубому басу Люка, сказал Роман.

– Потерпел бы полчаса до смены.

– Не могу, – выдавил горлом Роман.

– Ладно, спускайся. Только я доложу.

– Bon (хорошо), – равнодушно сказал Роман.

Виктор кивнул. Все нормально.

Лифт остановился.

Все подались в стороны, опасаясь появления десанта снизу.

Но двери открылись – внутри никого не было.

Четверка вошла в лифт, и Виктор нажал нижнюю кнопку. Их было всего две. Одна вверх, другая вниз. Бункер был одноуровневый, предназначенный для проживания малого количества народа, и потому строился он всего в один этаж, в отличие от некоторых советских сооружений, где под землей мог размещаться целый многоэтажный город.