Напарник

После чего в помещение буквально ворвался полковник Кирш, сопровождаемый обоими чиновниками.

– Почему вы его не задержали? – подскочил он к Роману, едва не махая кулаками у него перед носом.

– А вы? – спросил Роман, чуть отстраняясь.

– Но… – задохнулся Кирш. – Но вы же взяли допрос на себя!

– Это был не допрос, – поправил Роман. – Это был просто разговор.

– Просто разговор?

– Вот именно. Просто разговор. Мы встретились, поговорили. Не понимаю, почему вы так нервничаете?

Роман обвел взглядом лица собравшихся. Впрочем, господа из Совета безопасности нервными не казались.

– Но ведь речь шла о взрыве! – напомнил Кирш, впрочем, уже более спокойным тоном.

– Да, я помню.

– И вы должны были выяснить, где и когда он состоится.

– Что может быть проще, верно? – подмигнул Роман.

Полковник Кирш поджал губы. Не хватало, чтобы этот русский насмехался над ним.

– Насколько я понимаю, это ваше главное поручение, – напомнил он.

– Никто не говорит, что я от него отказываюсь, – пожал плечами Роман. – Посему сразу задаю вопрос: вы готовы выполнить требование Крохина?

– Ни за что, – быстро проговорил Кирш.

Посмотрев на представителей Совбеза, Роман увидел, что те, скорее всего, будут поддерживать полковника.

– Тогда, – сказал Роман, – как же мне выполнять мое поручение?

Он достал сигарету.

– Вы много курите, – скрипуче заметил Кирш.

– Да, я знаю, – рассеянно кивнул Роман. – Так что будем делать, господа?

Он адресовался непосредственно к чиновникам от безопасности. Раз вы торчите здесь, извольте уж не играть в молчанку, а принять участие в обсуждении ситуации.

– Я полагаю, – напряженно заговорил первый, плотный лысый крепыш с крошечными, без оправы, очками на толстом носу, – мы не должны идти на поводу у Гольца. Совершенно ясно, что он пытается шантажировать нас. И если мы не хотим утратить контроль над ситуацией, мы должны сами навязать ему свои требования.

Роман кивнул и перевел взгляд на второго, тоже плотного, но только густоволосого и усатого, чем-то напоминающего почившего в бозе Саддама Хусейна.

Тот, прежде чем ответить, свел к переносице две глубокие вертикальные морщины.

– Мы должны выяснить, блефует Гольц или нет, – заявил он. – Если он не блефует, то мы, скорее всего, вынуждены будем выполнить его требования. Если же его игра сводится к тому, чтобы получить свободу и улизнуть, тогда мы, естественно, не должны отпускать его.

– Должны, не должны, – проворчал по-русски Роман.

На него уставились с недоумением. Он спохватился и выдавил улыбку.

– Понятно, господа, что пока он не окажется на свободе, мы ничего не узнаем.