Наследие 2

Неуправляемый офицер не ходил бы с горсткой людей на усмирение огромных толп по первому же требованию. Васильев — это страшилка для «заботливых», а его «черные забрала» — лишний козырь в нашем рукаве. Зачастую достаточно просто прислать его роту к месту проведения очередного митинга в защиту лигов, и неприкосновенность общественного порядка обеспечена! Такие ресурсы надо беречь, полковник! Разогнать их всегда успеем.

Генерал поерзал в кресле, быстро перебирая бумаги, которыми минуту назад потрясал перед Васильевым, и вновь посмотрел на застывших перед ним офицеров полиции."

"— Кстати, о «черных забралах»! — он постучал пальцем по стопке официальных жалоб. — Решение-то действенное. Стоит затонировать лицевые щитки всему ОМОНу, надо только организовать какое-нибудь оправдание данному процессу. Вроде того, что Васильеву солнце в глаза светит.

— Это вызовет скандал, товарищ генерал, — осторожно возразил все тот же полковник.

— Знаю, — не стало спорить начальство. — А вы пораскиньте мозгами, чтобы причина была более убедительной. Закажите исследования в один из наших институтов, проведите испытания, тендер, в конце концов. Сейчас не те времена, долго возмущаться не будут. Это они смелые, пока на страданиях «заботливых» и их лигах делают деньги и карьеру. А как те же самые голодные лиги и их родители, страдая от нищеты, начинают таскать еду с прилавков, выдергивать мелочь из касс или отбирать бумажники в подворотнях, так сразу же бегут в полицию. В этот момент никто из них почему-то не вспоминает, что полиция плохая или ОМОН жестокий.

Генерал просмотрел ещё пару жалоб и пренебрежительно фыркнул, отбрасывая одну из них:

— Нет, это ж надо, четверо детей-лигов было затоптано разбегающейся толпой! — Он скривился, словно человек, только что услышавший редкостную глупость. — А зачем надо было тащить с собой детей на беспорядки, заведомо завершающиеся столкновением с полицией?! Мозги где?! — и, вновь посмотрев на полковника, закончил: — Пока шумиха не уляжется, Васильевым толпу лучше не дразнить. Деньте его куда-нибудь на несколько дней. Вон, отправьте в Москву, пусть везет под конвоем подозреваемых по делу МАГБ. Служба Безопасности «Сёрвайвинг Корпорэйшн» как раз выразила желание получить их в своё московское представительство.

— Это ужасное, чудовищное обвинение! — негодование Эмиля Эдуардовича более походило на вспышку злобы. — Это кощунственно! Вы обвиняете роддом в краже ребенка! Наши врачи посвятили жизни делу акушерства! Жизни! Мы живем тем, что помогаем маленьким человечкам появляться на свет, а вы заявляете мне такое!

— Не повышайте на меня голос, — Марина негромко, но твердо оборвала поток докторского возмущения. — Я никого не обвиняю, это прерогатива суда.