Наследие аристократки

Она была важной женщиной и всегда все делала правильно, но без тепла и доброты. Винни не признавала спонтанности и чем старше становилась, тем сильнее напоминала мать. Но Валери все равно любила сестру и старалась поменьше с ней ссориться. Они созванивались почти каждый день, но все разговоры сводились к жалобам Винни – в основном на дочь Пенни, которая больше походила на Валери, чем на родную мать.

Пенни работала адвокатом, у нее было трое детей – сын тринадцати лет, пятнадцатилетняя дочь, которая сводила ее с ума своим поведением, и старший сын восемнадцати лет, в этом году заканчивающий школу.

Всех внуков Винни считала грубыми и невоспитанными. Зятя она тоже не признавала."

"Винни любила порядок и размеренность, а Валери была открыта миру и вела, по мнению сестры и матери, богемную жизнь. Но Винни относилась к ней гораздо лучше, чем мама, которая не одобряла младшую дочь и не скрывала этого. Валери так и не удалось разбить стену, которой та отгородилась от нее. Впрочем, у Валери были любящий муж и сын, и она давным-давно перестала переживать из-за холодности матери. Когда та умерла, Валери не особо переживала, а вот Винни долго тосковала и говорила о ней так, будто она была святой.

Когда Валери сама родила позднего ребенка, то совсем перестала понимать, почему мать считала ее появление на свет позором, а не радостной неожиданностью.

Родительская семья всегда была для нее загадкой. Валери порой шутила, что ее, наверное, перепутали в роддоме с другим ребенком. Валери была мягким, любящим человеком, а ее родители – холодными как лед. Она жалела их и радовалась, что сын пошел характером в нее. Как и племянница Пенни. Она была старше Филиппа на десять лет, но это не мешало их дружбе.

Пенни чаще обращалась за советом к Валери, чем к собственной матери, потому что Винни ничем не помогала, а только критиковала. Ей даже не нравилось, что дочка получила диплом юриста в Гарварде, поскольку делать серьезную карьеру, по ее мнению, для женщины было неприлично. Также Винни считала ее плохой матерью, но Валери так не думала. Просто Пенни воспитывала детей не так, как это было принято раньше, что, конечно, не нравилось матери, придерживающейся старомодных взглядов.

В ожидании сына на воскресный ужин Валери работала над женским портретом.

Филипп долго стоял и смотрел на него – таким волшебным притяжением тот обладал. У матери был настоящий талант, ее выставки получали хорошие отзывы, а картины отлично продавались. Часть из них постоянно висела в одной уважаемой галерее недалеко от дома. Сколько Филипп помнил, их семья всегда жила в Сохо, задолго до того, как этот район стал модным. Валери нравилось, каким он стал – оживленным, молодежным. Сохо напоминал ей левый берег Парижа.