Наследие аристократки

Тут он немного соврал, потому что на самом деле никогда не встречал Маргериту.

Мужчина понимающе кивнул.

– Родитель? Бабушка? – спросил он.

Филипп не знал, что в итальянском языке понятия «родитель» и «родственник» обозначались одним словом. Но в целом он понял, что хотел узнать незнакомец, и покачал головой. Филипп мог бы сказать правду – что тут жила женщина, которую он никогда не встречал, но видел ее драгоценности и фотографии и мечтал узнать о ней больше. Но незнакомец вряд ли бы понял его.

Вдруг Филипп вспомнил, что у него в машине, в сумке от ноутбука, есть копии фотографий Маргериты.

Он жестом показал мужчине, что сейчас вернется, и пошел к автомобилю. Через минуту Филипп вернулся и показал ему фотографию Умберто и Маргериты на фоне поместья.

Мужчина просиял от радости и энергично закивал.

– Умберто и Маргерита ди Сан Пиньели, – произнес Филипп, показывая на снимок.

– Il conte e la contessa, – произнес незнакомец.

Филипп понял, что он назвал их титулы, и, улыбнувшись, тоже закивал.

– Вы из семьи? – спросил Лоутон.

– Нет, я покупать десять лет назад, – ответил мужчина. – Он умереть давно.

Нет семьи, нет детей. Он умирать, она продать дом и в Рим. Другие покупать и сделать дом плохой. Потом продать мне. У них нет денег, потому продать.

У него был не самый хороший английский, но он без труда объяснил Филиппу, что случилось. Маргерита продала поместье после смерти мужа, уехала в Рим, а новые хозяева запустили дом, потому что у них не было денег его содержать. И в итоге они продали поместье этому мужчине. Он, похоже, хорошо о нем заботился. А «феррари» и «ламборгини», которые стояли во дворе, показывали, что у него были на это средства.

– Il conte era molto elegante, e lei bellissima, – сказал хозяин, рассматривая фотографии. Филипп понял, что он назвал Умберто элегантным, а Маргериту – очень красивой. – Очень плохо, если нет дома детей, – добавил мужчина.

Ему, конечно, хотелось расспросить Филиппа, почему он интересуется ими, но для такого разговора его английского было недостаточно. Тем не менее владелец поместья жестом пригласил гостя войти внутрь и осмотреться. Филипп был очень благодарен за это и с радостью вошел в дом.

За дверью его ждали красивые комнаты, где прекрасно уживались антиквариат и современное искусство.

Стены были выкрашены в мягкие пастельные цвета, а с верхних этажей открывался отличный вид на море.

– Я люблю дом очень, – сказал нынешний владелец. Эти слова тронули Филиппа, и он кивнул. – Здесь очень хорошо, очень тепло. Дом принадлежать семья графа четыреста лет. Я из Флоренции, но теперь жить в Неаполе. Иногда в Риме. Работаю в галерея, искусство, – сказал он, указывая на картины, а потом на себя. Видимо, мужчина владел арт-галереей.