Наследник олигарха (СИ)

Подходит официант и ставит на стол салаты, предупреждая, что горячее будет через три минуты.

— А ты о своём поведении не хочешь задуматься? Как ты смеешь притеснять меня? Ты думаешь, если у тебя туфли стоят, как несколько моих зарплат, то можешь спокойно оскорблять меня? Ты меня за проститутку держишь?!

— Влада…

— Какое право ты имеешь смешивать меня с грязью? Куда делся тот человек, которого я знала раньше?!

Я не понимаю этого мужчину. Наедине в его кабинете он облил меня желчью, сбив с ног неудержимой волной негатива. Только что записал меня в проститутки. А теперь просто сидит и спокойно смотрит на меня, поджав губы.

— Я своё слово сказал, дальше дело за тобой.

— Я тоже с тобой работать не хочу. Но давай мы не будем мешать личное и профессиональное? Меня привёл Листар. Я не могу его подвести. И сейчас здесь сижу и терплю твою высокомерную физиономию только ради него. Но как только Чжицзянь уедет обратно, хорошо, я напишу заявление. И мы, слава богу, больше не увидимся.

— Прекрасно, рад слышать, что моя отвратительная физиономия никому не будет доставлять никаких неудобств.

Это замечание даже не резануло по моему спокойствию. Нисколько…

Демид спрашивает о чем-то ещё, но я, отложив все дела и разговоры на потом, самодовольно придвигаю к себе тарелку и под пронзительным ореховым взглядом начинаю с энтузиазмом уплетать цезарь с креветками. Пусть себе смотрит. Только заткнется уже."

"— Я отчего-то думал, что ты до сих пор их носишь, — раздаётся чуть приглушенно спустя несколько минут.

Непонимающе поднимаю взгляд на мужчину, и до меня доходит, о чем он.

Серьги.

Это был первый его подарок. Не хочу вновь погружаться в давно ушедшие моменты, но… как будто я снова оказываюсь в кольце заботливых рук. Демид пригласил покататься на лошадях. До того дня я и не предполагала, насколько это чудесные животные: статные, грациозные, величественные. Прекрасные. После чудесной прогулки он достал из кармана бархатную коробочку, вручив со счастливой мягкой улыбкой.

— Хочу, чтобы этот вечер стал для тебя особенным.

И да, он таковым стал. Тогда мы с Демидом впервые были близки.

Тот мужчина, которого я знала в прошлом, и тот, что сейчас сидит передо мной — два абсолютно разных человека.

Не узнаю его. Он совершенно другой. Не завидую я его Маргарите. В Демиде слишком много чего-то. Чего-то необъяснимо…

— А я почему-то помню тот вечер.

Я перестаю жевать, отрывая взгляд от тарелки.

Он странно смотрит на меня. На его лице… не знаю даже. Губы искривлены не высокомерно, а как будто горестно. И взгляд задумчиво-тоскливый, в эту минуту особенно мягок.

Демид подпирает подбородок ладонью, и тут звучит сокрушенное:

— В ломбард отнесла мои подарки или ещё хранишь?

На сердце мгновенно тяжелеет.

Не оттого, что Демид задал этот вопрос.