Наследник олигарха (СИ)

Нет у меня распечаток. Но я примерно представляю их содержание. Рита всё-таки задерживает взгляд на последнем снимке.

Темноволосый парнишка лезет ей под одежду, жарко впиваясь в губы. На остальных снимках он же. Но всё прилично. Они просто гуляют: заказывают перекус на пит-стопе, взявшись за руки, идут по безлюдному переулку, в обнимку развалились на газоне. Одно радует: вокруг них не слишком много народа. На парнишке простые кеды, потёртые джинсы, расстегнутая рубашка поверх майки, рюкзак за плечами. Чёрные нити на шее и широкая улыбка. Молодой еще. Зеленый.

Рита бросает снимки на колени и закрывает лицо руками.

— Давай только плакать не будем. Кто он?

— Мы учились вместе, — смотрит в потолок, глаза влажные. — Он из простой семьи. В вуз поступил сам, там были заоблачные результаты экзаменов. Умный, в общем. Он закончил экстерном. Потом надолго улетел за границу. Мы встречались, пока он ещё не уехал…

— Ну значит, не слишком умный. Свою девушку оставить конкурентам.

Рита прикрывает глаза рукой.

— Папа бы его никогда не одобрил. Он бы ему жизнь испоганил. Женя на две недели только приехал, — снова всхлип и уже громкое: — я не спала с ним, Демид! На этом, — зажимает злополучное фото между указательным и средним пальцами, — всё и закончилось, клянусь!

— И как ты теперь мне предлагаешь это проверить?

— Но это правда!

— Ты хоть представляешь, какой это может вызвать резонанс?

— Прости меня, пожалуйста, — умоляет убитым голосом и прикрывает глаза. — Я не хотела, чтобы так всё вышло.

— Да кто ж хотел-то.

Накрываю ладонью селектор и выжимаю педаль.

— Что ты будешь теперь делать?"

"— Для начала домой тебя отвезу, — сосредоточенно гляжу по зеркалам и спокойно выезжаю на дорогу.

На душе нет ничего живого, как после пожара. А самое ужасное, что я сейчас не здесь. А там. В прошлом. Поведение Риты вызывает у меня легкое неудовольствие. А с Владой всё было иначе. С ней вообще всё по-особенному. Разум устелила злость. И ярость. Даже думать связанно не получалось. От Риты я сижу и спокойно слушаю пояснения. Но с Владой не то что говорить, видеть её не хотелось, чтобы не погружаться в очередную ложь и разочарование.

— Демид. Ты отменишь свадьбу?

— Давай договоримся. Торопиться с ошеломляющим известием не станем. Это травмирует маму, а ей нельзя переживать. И так у нее одни потрясения.

— А папе расскажешь, да?

— А ты за кого больше переживаешь: за себя или за пацана?

— За него конечно, — слезы струятся по нежному лицу. Но я чувствую только одно. Освобождение. — Папа от него живого места не оставит.

— Тогда не скажу. Если ты обещаешь взять себя в руки и не позорить в первую очередь свою фамилию.

— Прости меня, пожалуйста. Это были просто дружеские встречи… я не хотела… правда.