Клянусь этой жизнью (ЛП)

Войдя в свою квартиру, я обнаружила, что меня уже поджидали Синди и Шэрон, которые, скорее всего, решили душить меня каждый раз, когда я оказывалась в их зоне досягаемости.

— А вот и она! — завопила Синди, пока они с Шэрон обнимали меня с двух сторон.

— Не могу… дышать…

Синди и Шэрон было за сорок. Если бы вы увидели их в ресторане, то подумали бы, что они просто подруги. Синди была похожа на менее гламурную Джулию Робертс, а Шэрон напоминала ее чуть более полную и стильную сестру со светлыми волосами. Они выглядели и вели себя как подружки, поэтому, когда вдруг публично проявляли привязанность, люди смотрели на них в шоке. Я всегда считала, что это мило.

— Ты вообще ешь? Кожа да кости, — сказала Шэрон, ущипнув меня за бедро.

Излишне говорить, что они были в восторге от своей роли родительниц. У меня никогда не было любящих родителей, а у них никогда не было детей, так что обстоятельства сложились хорошо для нас всех.

Я широко улыбнулась.

— Вообще-то, у меня на обед был БигМак, но я быстренько вернула его обратно.

Они в ужасе переглянулись, а затем просканировали меня сверху донизу. Синди, положив руку на бедро, посмотрела на меня с самым озабоченным выражением лица.

— Булимия — это не шуточки!

— У меня нет булимии. Просто был странный день. Ужасный, на самом-то деле.

— Расскажи нам все, — приказала Шэрон, потянув Синди на диван. — Мы уж точно не прочтем это ни в одном твоем дневнике.

Они обе уставились на меня, схватив друг друга за руки, как будто собирались посмотреть фильм о Холокосте.

— Что ж, я решила пойти к Джейсу на презентацию книги и спросить, почему в его романе он солгал о том, что произошло между нами. А потом я увидела его, и он выглядел как чертова супермодель. Затем появился Тревор и предложил мне выйти за него замуж. Потом Джейс написал мне записку. Когда я ее прочитала, меня стошнило. А потом я пообедала с Тревором и заказала салат из рукколы, от которого у меня заболел живот. Дальше Тревор снова сделал мне предложение. И я снова сказала «нет». — Подняв голову, я увидела две пары широко раскрытых немигающих глаз. — Потом я поцеловала Тревора на ночь, а он повел себя так, будто ему было трудно сказать «я люблю тебя», хотя он только что звал меня замуж. Дважды. И вот я здесь.

Синди покачала головой.

— Вау. Ужасная дикция, милая. Чему тебя только учили на писательских курсах?

— Ты на сто процентов права, дорогая, — произнесла Шэрон. — Но, Эми, что было сказано в записке?

Я вздохнула.

— Он просил меня встретиться с ним сегодня.

— И что ты решила? — в унисон спросили они. Клянусь, иногда мне казалось, что у них на двоих один мозг.

— Не пойду. Он хочет встретиться в десять, но мне все равно. Меня не интересует, что он собирается сказать. Я не намерена проходить через все это.