Клянусь этой жизнью (ЛП)

Когда я, наконец, набралась смелости выйти из машины, то пошла сначала к пустому, раскрошившемуся фундаменту, на котором стоял дом моего отца, а потом мимо него в поле, затем вдоль линии деревьев и вниз по короткой насыпи к бухте, где до сих пор стоял наш полуразрушенный док. Я провела пальцами по нашим инициалам. ДЖ&Э НАВСЕГДА.

На обратном пути к дороге меня встретили две фигуры, стоявшие возле старого сарая. Одна из них — женщина лет пятидесяти, а позади нее, в нескольких футах, стояла женщина гораздо старше, лет восьмидесяти. Младшая из двоих сказала.

— Я могу вам помочь, мэм?

На ней был фартук. Длинные седые волосы заплетены и спускались за спину, а руки она уперла в бедра.

— Э-э, я хотела узнать, знаете ли вы Джексона Фишера? Или, может, он до сих пор здесь живет?

— Живет, — сказала она безэмоционально.

— Вы его жена? — спросила я.

— А кто спрашивает? — раздался хриплый голос старухи, рассматривавшей меня.

— Меня зовут Эмерсон, я здесь выросла, в доме, который стоял напротив, — указала я.

Старуха прикрыла рот ладонью и выдохнула."

"— Я не жена ему. А его сиделка, Алиша, — сказала женщина помладше.

Старушка подошла ко мне ближе, скрючившись, и посмотрела в глаза.

— Это ты.

В ту секунду я тоже ее узнала.

— Не поймите меня неправильно, Лейла, но я поражена, что вы так долго протянули.

— Да, я тоже.

Ее голос и выражение лица смягчились. Она подалась ближе.

— Зачем Джексу сиделка? — спросила я.

— Потому что он болен, дорогая.

Глубоко в груди появилась обжигающая боль.

— Чем болен?

— Раком легких, — раздался приглушенный голос Алиши.

Я не сводила глаз с Лейлы.

— Но это же вы курили, а не он!

— Вот ирония, да? — сказала она.

— Это должно было случиться с вами!

Я использовала тот же прием, что и Лейла применила к Джексу, когда утонул Брайан. Я была так зла и расстроена из-за Джекса, что чувствовала, будто часть меня умирает прямо сейчас вместе с ним, а ведь я его еще даже не видела.

Она посмотрела вниз, на землю.

— Ты права. Я это заслужила, но взгляни на меня: старая карга, у которой в багаже только сожаления.

— У меня тоже, — сказала я, борясь со слезами.

Я вернулась сюда навестить место, которое, как мне думалось, давным-давно заброшено, но он до сих пор жил здесь. Чего он ждал?

— Я видела его книгу. Он еще что-нибудь написал?

— Нет, только одну эту книгу, — сообщила Лейла. — А когда продажи провалились, он нашел работу на стекольной фабрике и работал там, пока не заболел в этом году.

— У него есть семья?

— Только я.

Меня захлестнуло эмоциями. Слезы бежали по лицу, мне было трудно дышать. Надев очки, я сказала:

— Сколько ему осталось?

Алиша подошла ко мне и сообщила:

— Доктора говорят, от нескольких недель до пары месяцев. Точнее они не знают.

Я упала на колени, уронила голову на руки и зарыдала.