Коронованный череп

Раньше он был бедным, но уважаемым, теперь стал богатым и находящимся под подозрением…

До ушей аристократа донесся угрюмый рев, исходивший со стороны города. Ганнибал вскочил на ноги. Неужели то, что говорила миссис Крент о людях, готовых напасть на него в собственном доме, было правдой? Быть может, рабочие даже созреют для того, чтобы напасть на него в его собственном доме и отомстить за смерть богатого арендатора. Впрочем, подобная мысль была слишком абсурдна, и сэр Ганнибал отмахнулся от нее, усмехнувшись. Однако ему очень хотелось, чтобы Дерика была рядом и помогла ему принять правильное решение.

И провидение прислало помощь баронету в форме мисс Стреттон, которая прошествовала по террасе и подошла к французскому окну. Она тоже слышала далекий рев и, зная, какие ходят слухи, опасалась, что пророчество миссис Крент может сбыться в ближайшее время. Впрочем, ей это было лишь на руку, ведь такое развитие событий давало ей шанс спасти сэра Ганнибала и таким образом получить его вечную благодарность.

— Мисс Стреттон… Энн, — проговорил хозяин дома, заторопившись к окну, где стояла девушка. — Какая добрая фея прислала вас сюда?

— Моя любовь привела меня к вам, — проговорила Энн.

— Любовь? — несмотря на свое недоумение, сэр Ганнибал развел руками. — Моя дорогая, так вы готовы выйти за меня замуж?

Мисс Стреттон достала из кармана письмо — то самое, которым дразнила ревнивый взгляд Пенрифа.

— Вы и в самом деле делаете мне предложение? — спросила она.

— Неужели я выразился недостаточно ясно?

— Да. Вы просите меня стать вашей женой, но не говорите, когда свадьба.

— В тот самый миг, моя дорогая, когда вы согласитесь выйти за меня замуж. Мы пойдем в церковь сегодня, если пожелаете.

— В Санкт-Эвалдсе?

— Почему бы и нет?

Мисс Энн Стреттон присела, отстранившись от сэра Ганнибала, который, казалось, готов был задушить ее в объятиях.

— Пока вы говорили с госпожой Крент, я находилась в соседней комнате, — ничуть не смущаясь, объявила она. — Я не собиралась подслушивать, но случайно услышала несколько слов! — таким образом она намекнула, что ей стал известен весь разговор.

— О, я не против! — стремительно воскликнул баронет.

— Да, но я не верю в это.

— И не верьте! — повторил сэр Тревик, вновь приходя в ярость. — Нет, я, конечно, ничего такого не делал. И с этим убийством у меня нет ничего общего! Я все время был здесь, прогуливался по пляжу, после того как вы с Ральфом уехали. И думал о вас.

Художница хотела было упомянуть о рассказе Полуина про мопед, но по зрелом размышлении не стала этого делать.