Ложь моего монстра (ЛП)

Кирилл, возможно, позволил бы мне использовать его компанию для утешения, но он не терпеливый человек, и конечно он, плохо реагирует на любые всплески эмоций.

Я была удивлена, что он не только сидел рядом со мной, но и позволил мне обнять его и поплакать у него на груди, как ребёнок.

Это не тот Кирилл, которого я знаю, и поэтому этот жест произвёл большее впечатление. Я не уверена, что кто-то другой смог бы успокоить меня или вырвать из этих саморазрушительных мыслей.

Я надеваю халат, который окутывает меня целиком и заканчивается прямо над лодыжками, и конечно завязываю пояс вокруг талии.

Я не могу поверить, что бросилась в объятия Кирилла, будучи полностью обнажённой. Поговорим о том, чтобы поставить себя в неловкое положение.

По правде говоря, я никогда не была из тех, кому комфортно быть голой, даже до того, как мне пришлось переодеваться мужчиной.

После армии я стала очень осторожна в этом вопросе, чтобы защитить свою личность. Таким образом сказать, что это нормально о том, что произошло ранее, было бы огромной ложью. И в тот день, после его кошмара, я охотно откинула одеяло и обняла его, пока была обнажённой.

Я почти уверена, что это только потому, что это Кирилл. Я не думаю, что у меня была бы такая же реакция, если бы это был кто-то другой.

Это одновременно завораживает и пугает, что он мой первый во многих вещах – первая влюблённость, первый секс, первое разбитое сердце, а теперь первый и единственный человек, в присутствии которого я чувствую себя комфортно и безопасно со времён, как я потеряла в резне свою семью.

Он медленно, но верно занимает так много места в моей жизни. И, если его каким-то образом убрать, разрыв будет слишком велик, чтобы его можно было контролировать.

Я внутренне трясу головой, чтобы прогнать эти мысли.

Выходя, я ловлю своё отражение в зеркале ванной и замираю. Мои щеки покраснели, губы припухли, а глаза сияют незнакомым светом. Как будто я выгляжу... сияющей.

Что за чёрт?

Я хочу отбросить эти мысли и засунуть их туда, где никто не увидит, но, когда я выхожу, моё сердце колотится громче, сильнее и с такой интенсивностью, что, кажется, я упаду в обморок.

После неудачных попыток контролировать свою нелогичную реакцию я направляюсь в зону отдыха напротив кровати.

Мои плечи опускаются, когда я не нахожу его следов.

Ушёл ли он в кабинет? Но уже поздно, и я уверена, что даже ему нужно немного отдохнуть, прежде чем он вернётся к делам.

Иногда я задаюсь вопросом, не машина ли он. Такое ощущение, что его учили всегда отдавать двести процентов своего внимания и энергии. Что если он отдаст что-то меньше, это будет оскорблением его интеллекта и способностей.

Но, конечно, он понимает, насколько разрушительным может быть этот ритм в долгосрочной перспективе. Хотя я не думаю, что его это волнует.