Испорченная безумием (ЛП)

— Мы с Массимо гадаем, когда ты захочешь отправиться куда-нибудь сегодня вечером.

— Думаю, сегодня я пас.

Алессио приподнял бровь.

— Мы не ходили в рейды две ночи, потому что были заняты делами, и ты хочешь обойтись без них еще одну ночь?

Я подплыл к нему.

— Ты говоришь так, как будто я пристрастился к этому.

— Твои действия указывают на то, что это так. Ты зависим от кайфа, который это тебе дает. Острые ощущения от охоты и пыток — твой наркотик.

— Я не гребаная киска. Я контролирую свои порывы, а не они меня.

— Наверное, именно такую фразу сказал бы наркоман, — сказал Алессио.

Он вскочил на ноги и затоптал сигарету ботинком со стальным носком. Честно говоря, вид обуви, которую он всегда надевал во время наших набегов, пробудил во мне желание поохотиться.

— Это твоя попытка стать лучше для Авроры. Если да, то хвала тебе за то, что ты вообще пытаешься.

По его тону было ясно, что у меня ничего не получится.

* * *

Я сел с хриплым ревом, весь в поту, сжимая в кулаке нож. На чем я остановился? Я вскочил на ноги и включил свет, осматриваясь в поисках следов ужасной сцены, разыгравшейся на моих глазах всего несколько мгновений назад.

Моя комната не была залита кровью, ни единой капельки. Я провел рукой по своим влажным волосам, мое сердце бешено заколотилось о грудную клетку.

— Черт, — выдохнул я и уставился на свои руки, поворачивая их. Конечно, они не были запачканы кровью, как и мой нож, но представить, что они были запачканы, было нетрудно. Я уже сбился со счета, сколько раз моя кожа была липкой от крови. Но образ крови Авроры и Баттисты подействовал на меня по-другому.

Раздался стук, и секунду спустя папа просунул голову в дверь с выражением усталости на лице.

— Я слышал твой крик.

Неужели я так громко ревел? Черт. Что за чертов кошмар. Я не верил в предчувствия. Если бы гадалка попыталась предсказать мне мое будущее, я бы положил конец ее судьбе. Тем не менее, я не мог перестать пялиться на свои руки.

— Невио? — спросил папа, входя в комнату. Он тоже держал в руке нож. Мой крик, должно быть, действительно встревожил его.

Я встряхнулся и криво улыбнулся папе.

— Я думаю, все эти убийства действуют мне на нервы.

Папа подошел ко мне.

— Ты бледный. Тебе нужно, чтобы я отвлек тебя от твоих текущих дел?

Прошло много времени с тех пор, как папа не смотрел на меня со злостью в глазах.

Его искренняя забота была приятным сюрпризом. Конечно, я, черт возьми, этого не заслуживал, учитывая природу моей мечты.

Помогло бы это мне перестать убивать? Или это привело бы только к безумному количеству убийств, которые я был бы не в состоянии контролировать. Последний раз подобный яркий сон мне снился за несколько месяцев до моего двенадцатого дня рождения, до моего первого убийства.