Испорченная безумием (ЛП)

— Если бы каждый бой заканчивался смертельным исходом или серьезными травмами, Антония больше не находила бы бойцов для боев, — сказала я. Папа упоминал, как трудно было найти людей, согласившихся драться с Невио.

— Ты недооцениваешь количество отчаявшихся душ, — сказал Алессио.

Может быть. Я вспомнила, какой была бабушка в плохие дни, когда ей требовалось больше уколов, чем выдавал ей папа, когда отчаяние выплескивалось из каждой ее поры. Она, вероятно, тоже вошла бы в клетку, если бы это сулило облегчение.

Два часа спустя настала очередь Невио. Он не потрудился зайти в раздевалку.

Он просто встал и снял свою футболку через голову прямо рядом со мной. Мои глаза выполнили свою обычную процедуру осмотра его пресса, грудных мышц, бицепсов, и, конечно, у меня внутри потеплело при виде этого.

Я никогда не обращала особого внимания на татуировку у него на спине. Конечно, не смотреть на нее было невозможно: гротескная улыбка Джокера (только рот, а не все лицо), надпись «Почему такой серьезный?» размытыми красными буквами, за которыми следует длинная строка зачеркнутых ХАХАХАХА. Я была совершенно уверена, что, когда в последний раз видела Невио без футболки, зачеркнутых «хахаха» было меньше.

Алессио наклонился ко мне.

— Это его список.

Я поджала губы.

— Выигранных боев? — спросила я, но не помнила ни одного боя с тех пор, как в последний раз видела его спину. Может быть, он считал и проверочные бои? Количество «Х» и «A» казалось слишком малым для этого, учитывая, как часто Невио тренировался с Массимо, Алессио и другими мужчинами своей семьи. С другой стороны, у него всегда были сильные соперники, поэтому даже будучи человеком с его талантом, он не всегда мог победить.

Невио шел к клетке расслабленным шагом, каждый мускул его спины напрягался самым дразнящим образом, и даже несмотря на то, что его бойцовские шорты были свободными, в них была видна его упругая задница. Некоторые люди указывали на татуировку у него на спине, и выражения их лиц варьировались от впечатленных до обеспокоенных.

— Не совсем, — сказал Алессио. — Это количество людей, которых он убил. Он сделал татуировку только в этом году, но помнит каждое убийство в своей жизни. Неплохо для того, кто не помнит каждую свою вечеринку.

Я моргнула, сглотнула, мой взгляд метался между спиной Невио и веселым лицом Алессио. Он что, разыгрывал меня?

— Я не шучу, — сказал он. Выражение его лица говорило о том, что мне нужно было реально оценить ситуацию.

— Так и есть, — как ни в чем не бывало ответил Массимо. Мой взгляд снова нашел Невио, но издалека и под моим нынешним углом, я не могла сосчитать, сколько там было перечеркнутых букв.

— Сколько там букв? — тихо спросила я.

— Каждая вертикальная линия каждой буквы обозначает убийство.