Испытание Виктории (ЛП)

 — И я не говорю, что страх когда-либо проходит, но это то, кто они есть, твой отец и Лукас. Это одна из причин, почему мы любим их.

— Я понимаю. Просто, я так долго ждала его, мама, чтобы мы пришли к этому моменту, что потерять его сейчас… Мы так мало времени проводили вместе. Я хочу все его время. Я скучаю по нему.

— Я знаю, милая, поверь мне, я знаю, — Синди погладила голову дочери. — Были времена, когда я не знала, как выживу, если твой отец погибнет. Но я всегда принимала его выбор.

* * *

Питер прислонился к люку, слушая своих девочек. Его девочки! Он все еще не мог в это поверить. Его дочь жива, в руках любящей матери, и она влюблена.

Любовь. Его малышка влюблена. После Кайсери он думал, что если она когда-нибудь доверится мужчине, то выберет маленького, спокойного, неопасного мужчину, который не будет подвергать сомнению ее личностные границы и не будет пытаться подавить ее волю. Питер ошибся. Ей нужен был Лукас, и она каким-то образом знала это уже в девять лет. Он и сам был таким с Синди. Достаточно было одного взгляда для осознания, что Синди создана именно для него, и хотя он всегда оплакивал время, потерянное разлукой с дочерью, он не мог выбрать для нее лучшего мужчину, чем Лукас Зафар. Питер был бы горд, если бы майор стал его зятем."

"После просмотра видеозаписи Питер осознал, что обязан сестре и ее мужу больше, чем когда-либо сможет отплатить, ведь оба позаботились о его дочери, и не только о ее защите, но они окружили девочку всеобъемлющей любовью и душевным теплом. Лишь благодаря этому Тори смогла преодолеть все трудности новой жизни в незнакомом мире. Она чувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы встретиться лицом к лицу с отчуждением со стороны иной расы и со своими страхами, своим личным кошмаром — Одриком.

Виктория с большой любовью говорила об отце Лукаса, Верховном адмирале Уильяме Зафаре. Питер увидел наглядно, как тот защищал ее во время испытания. Видел, как он слушал маленькую девочку, действительно слушал, и понимал, что ей нужно было сказать свое слово в приговоре Одрика, чтобы исцелиться. Любовь, которую адмирал питал к его дочери, была очевидна для всех, и не из-за Кэсси. Да, он многим обязан им обоим.

* * *

Потирая затылок, Лукас посмотрел на часы и направился на взлетную палубу. Кто бы мог подумать, что глупый тест может занять столько времени. К экзамену на капитана невозможно подготовиться заранее: немыслимо заранее предусмотреть все перипетии боя, не на что опереться, кроме собственного опыта и инстинктов. Прошедшие тест никогда не раскрывали причин своего успеха независимо от того, кто спрашивал. Потерпевших же неудачу никто никогда не спрашивал.

Лукас понятия не имел, получается ли у него.