Испытание Виктории (ЛП)

Это всего лишь двадцать четыре часа. После девяти циклов он мог бы сдерживать себя намного дольше.

«Боже, как же он прекрасен!» Любимый прислонился к стене, а вода стекала по его массивным плечам вниз по четко очерченной спине, по его прекрасной заднице. Ее пальцы жаждали прикоснуться к нему, ласкать его так, как он ласкал ее, доставить ему удовольствие. Проскользнув в душ, Тори провела руками по его плечам, проследила изгиб позвоночника, прошлась пальчиками по закаленным работой мышцам. Захваченная своими ощущениями, она не заметила его абсолютную неподвижность и растущее напряжение. Продолжая свои исследования, ее пальцы скользнули по его боку, исследуя изгиб его прекрасной задницы. Скользнув дальше, девушка почувствовала, как Лукас дернулся.

— Не трогай меня! — от его грубого голоса руки Виктории замерли. Она слышала это

от него раньше, именно этот тон, в этой самой комнате. Господи, что она наделала? Он пришел сюда, чтобы побыть одному, почему она это не уважает?

Лукас сопротивлялся ее прикосновениям — сколько мог — но знал, что если она прикоснется к его стволу, его контроль сломается. Повернувшись, он намеревался сказать ей именно это, но, увидев ее опустошенный взгляд, понял, что натворил. Что он только что сказал?!

— Виктория…

Руки девушки безвольно опустились, и тень набежала на ее лицо. Она быстро отступила назад, натыкаясь на стену.

— Я… я… — поняв, что не может говорить, Тори попыталась убежать.

— НЕТ! Боже, НЕТ! — Лукас обнял ее напряженное тело и притянул к себе. Что он натворил? Она пришла к нему открыто, честно, желая его, желая доставить ему удовольствие, а он опять отверг ее. Целуя влажное плечо и чувствуя, как Тори пытается отстраниться, он глубоко вздохнул. — Прости! Прости! Я идиот! — он прижался к ее плечу, пытаясь поцелуями унять боль.

— Нет, это ты прости. Ты пришел сюда, чтобы побыть одному. А я вмешалась, — ее голос такой же напряженный, как и тело, в нем не было никаких эмоций. — Позволь мне уйти.

— Нет! К черту, Виктория! Кричи на меня! Ори на меня! Я не имел права говорить это.

— Ты имеешь право говорить все, что считаешь нужным. Отпусти меня, Лукас.

— НИКОГДА! — развернув Тори, он склонился к ее лицу и тихо прошептал. — Никогда, Виктория. Никогда больше. Это не ты! Это только я! Я так сильно хочу тебя сейчас, что не доверяю своему контролю.

— Ты хотел побыть один, я не учла этого. Я поняла. Я не должна была прикасаться к тебе. Я должна понять, что для мужчины все по-другому, — полное отсутствие эмоций в ее голосе испугало его. Она так говорила, только когда ей было очень больно. Больно из-за него! Она невинна, но доверила ему свое тело, а когда попросила его о том же, он отверг ее.