По осколкам твоего сердца

- Полина, твоя бабушка сказала, что вчера ты приехала к нам. Почему не предупредила? – с обидой спросила мама.

- Еще не успела, - ответила я.

- А в гости зайти? Я же скучаю, дочка…

В ее голосе было столько грусти, что мне стало не по себе.

- Зайду, - пришлось пообещать мне. Хотя видеться мне ни с ней, ни с отчимом не хотелось от слова совсем.

- Может быть, сегодня? Мы как раз дома с Женечкой.

Женечка – это мой братик. В мае ему исполнилось два годика. Он хорошенький, светловолосый и милый, но вредный и точная копия Руслана в детстве.

- Я могу приехать сейчас. На пару часов. Вечером занята, - ответила я.

Ладно, я плохая дочь. Вечером мне хотелось погулять с Диларой и покатать ее. Да и Андрей придет домой. А мне с ним видеться не хочется.

- Приезжай, - обрадовалась мама. – Женечка тебя очень ждет!

- А я думала, меня ждешь ты, - вырвалось у меня.

- Ну что ты такое говоришь? И я тоже!

Пришлось ехать к ней.

А так не хотелось. До ужаса.

Они все так и жили в том же доме. Еще три года назад он находился почти на самом краю нового дорого района, неподалеку от лесопарка, а сейчас за ним выстроился еще один жилой комплекс. Дома росли как грибы после дождя. А расстояния между ними сокращались все больше.

От остановки до дома мамы и отчима я шла медленно, словно нехотя. Стало тяжело дышать от нахлынувшей волны непонятного страха.

Снова воспоминания. Они накрыли меня и не отпускали.

На этой улице мы с Лехой и парнями искали Лорда. На этой лавочке сидели с Димой. А в этом дворе… В этом дворе я узнала, что его больше нет. В нашем дворе.

Чтобы справиться с панической атакой, мне пришлось купить ледяную воду и сесть на лавочку. Только тогда мне стало лучше.

Перед тем, как зайти к маме, я забежала в супармаркет, накупила всяких детских сладостей для Жени, конфет для мамы и пошла к подъезду, отгоняя от себя проклятые воспоминания, как назойливых мух.

Позвонила по домофону, поднялась на лифте на нужный этаж и попала в объятия мамы.

- Полинкин, ты приехала!

Я поморщилась вместо того, чтобы улыбнуться. Ненавидела, когда она называла меня так. Хотя несколько раз просила этого не делать. Мама забывала.

Дома, как назло, мама была не одна с братиком. Приехала мать Андрея, Фаина Ивановна, которую я ненавидела так же сильно, как и его самого.

- Она без предупреждения, - шепнула мне мама. – Я не знала, что приедет… Полин, дай я на тебя посмотрю. Ты такая у меня красавица!

Она взяла меня за руки и улыбнулась. Только улыбка у нее была не такой, как раньше. Она стала тусклой, будто то солнце, что появилось в маме вместе с Андреем, начало гаснуть.

В последнее время мама похудела, и, хотя все так же была хороша собой, я видела, как ее лицо осунулась, а в глазах появился усталый блеск. Она стала более нервной, замкнутой и, как мне казалось, одинокой.