Свита короля

Сразу трое Лисов отправились за кофе, но, возвратившись, стаканчики раздавать не стали. Через несколько минут за окошком показались очертания «Лисьей норы», и Нил моментально ощутил так необходимый ему прилив адреналина. Он провел тыльной стороной забинтованной ладони по холодному стеклу и прошептал:

– Нил Джостен. Десятый номер, нападающий основного состава «Лисов».

Даже если Морияма откажутся заключать мир, предложенный Стюартом, и явятся за ним, процесс уже пошел. Теперь Нил Джостен – реальный человек. Он не умрет фейком.

Ваймак заглушил мотор, и Нил, морщась от боли, выпрямился. Лисы друг за другом вышли из автобуса и стали разбирать вещи в багажном отсеке. Поискав глазами свою сумку, Нил увидел ее на плече у Мэтта. Тогда он захотел взять одну из картонных подставок с кофе, но Дэн проигнорировала это безмолвное предложение, смерив его перевязанные руки выразительным взглядом.

Все вошли внутрь и расположились в комнате отдыха. Дэн, Рене и Элисон раздали кофе. Ваймак заранее набрал целый пакет еды и сейчас вывалил на стол разнообразный перекус, от пончиков в сахарной пудре до чипсов. Ники выудил из этой горы протеиновый батончик и передал его Нилу. Тот попытался разорвать фольгу и зашипел: пальцы обожгло болью. Эндрю отобрал у него батончик, одним быстрым движением вскрыл упаковку и сунул ему обратно в руку.

Кевин перегнулся через Эндрю и тихо, но настойчиво произнес на французском:

– Нам надо об этом поговорить.

– Мы и поговорим, – ответил Нил.

– Об этом, – с нажимом повторил Кевин, коснувшись своей татуировки.

Эндрю не понимал языка, но уловил напряженный тон Нила. Он опустил руку на плечо Кевина и толкнул его назад. Кевин открыл было рот, но сдержал возмущение, осторожно прижал руку к разноцветной от синяков шее и отвернулся. Ваймак уселся последним, и Нил неожиданно опять оказался в центре внимания. Обведя команду взглядом, он нерешительно произнес:

– Не знаю, с чего начать…

– Может, с начала? – подсказала Дэн.

Его отец интересовал Лисов куда меньше, чем он сам, им также не были нужны подробности, которые он изложил федералам. По пути из Нью-Йорка в Мэриленд Кевин раскрыл команде часть правды, но в какой мере, Нил не знал. Впрочем, даже если он в чем-то и повторялся, ему на это не указывали.

Он рассказал о родителях – кем считались и кем были на самом деле; признался, что в детстве два года играл в экси в Малой лиге, под другим именем и на другой позиции. Рассказал о том, как мать в одну ночь решила бежать, об ужасных восьми годах постоянных переездов с места на место и о перестрелке, которая закончилась смертью матери. Без утайки поведал, как оказался в Милпорте и зачем записался в местную команду экси.