Забудь меня, Эй

 — Ром, разве это повод так уходить в себя, ты перестал общаться с детьми, ты даже со мной почти не разговариваешь…

 — Саша, ты что, не понимаешь? Если он заговорит, я банкрот,  — Роман смотрел на нее так, будто она бестолковая школьница, не выучившая урок.

 — Ну и что? Разве без денег жизнь заканчивается? Заработать всегда можно…

 — Что ты несешь!  — он даже не скрывал раздражения, вскочил и начал мерить комнату размашистым шагом.  — Ты представляешь, что будет, если мне вкатят иски все мои заказчики?

 — Но как Вадик докажет, что при строительстве были использованы бракованные металлоконструкции?  — не могла взять в толк Сашка.

 — Чтобы испортить мне репутацию, достаточно будет его заявления, — Роман перестал мелькать и сел на кровать, — а если будет начато следствие, установить, что он на самом деле поставлял для компании дело нескольких дней.

Саша подошла, запустила пальцы ему в волосы, чувствуя, как он постепенно расслабляется, Роман обнял ее и уткнулся в живот, до смешного напомнив собственного сына.

 — Сашка, что бы я без тебя делал?

Его любовь сейчас тоже стала такой — жесткой, нетерпимой, резкой.

Саше так не хватало его нежности, но какую нежность можно ждать от камня? Поэтому она старалась не показывать вид, что что-то изменилось. Роман словно искал в ней отдушину, но слишком у него это получалось грубо и неосторожно, Сашу это так выматывало, что как только Роман засыпал, она сразу уходила к себе.

За последние две недели Яланский был дома наездами, хозяин поврежденного объекта подал иск на компанию, но юристы у Романа были хорошие, откопали все документы и подключили бывшего начальника производства Верещагина. Роман пообещал ему простить все долги, это означало, что Верещагину не только не придется продавать свой автомобиль, а у него еще и появится шанс получить от компании новый.

Мужик старался, как мог, он хорошо помнил эту стройку и именовал ее не иначе, как «геморрой».

 — Там грунт негодный был, Роман Станиславович, — махал он руками, рубая воздух, — сваи надо было бить метра на полтора глубже. А он мне все свои заключения под нос совал. Вот и досовался.

 — У нас есть переписка или письменное подтверждение?

 — Да все есть, Роман Станиславович, с нашей стороны мы подстраховались, как могли, пусть идет на … со своей трещиной, там плавун под фундаментом, руб за сто даю.

Сашка слышала в кулуарах разговоры, что по-хорошему, Яланскому тогда не стоило браться за тот проект, место центровое, но проблемное, к строительству непригодное, да слишком уж немалые деньги светили, плюс Роман увел контракт из-под носа конкурентов, и это был принципиальный момент.

В таком свете исход разбирательств казался довольно оптимистичным, но с утра в офис приехал Андрей.