Забудь меня, Эй

А он у нее неплохо освоился, будто у себя дома. Хорошо, хоть не стал сходу принимать душ. — Я спустился вниз, даже не дождавшись, пока принесут заказ, ты не хочешь покормить меня ужином?

— Кофе и бутерброды, больше ничего нет.

— Пусть будут бутерброды.

Он над ней просто издевается! А может он пошутил? Не слишком удачная шутка как предлог завалиться к ней на кофе?

— Я правда голоден, Саша, — Роман будто ее мысли прочел, — и пока ты будешь делать бутерброды, я озвучу свое предложение. И да, я буду очень признателен, если ты переоденешься.

Сашка проглотила все свои невысказанные реплики, за такие деньги можно и помолчать, высказатся всегда можно потом.

А платье и в самом деле следует сменить от греха подальше.

Она достала из холодильника куриное филе, листья салата и моцареллу, а Роман развалился напротив, протянув ноги. Пока Сашка сооружала на тостерных хлебцах пирамиды из мяса, помидоров и моцареллы, Роман молчал и заговорил лишь, когда она поставила перед ним тарелку с аппетитно пахнущими расплавленным сыром бутербродами.

— Ты будешь? — Роман явно был голоден, он разве что не облизывался на тарелку.

— Я успела поесть.

Кофе с тобой выпью, — Саша взяла чашку и уселась напротив, сгорая от нетерпения. Но Яланский с аппетитом приступил к еде, и Сашка призвала на помощь все свое самообладание. Может, Роман просто решил у нее сегодня поужинать, они ведь друзья и все такое... Да нет, ну не совсем же он с приветом, человек голоден, вот как только он поест…

— Спасибо, Саша. Очень вкусно.

Если он встанет и уйдет, она точно чем-нибудь запустит ему в спину. Но Яланский не ушел.

— Так что ты собирался мне предложить? — Сашка очень старалась, чтобы он не понял, как ей уже хочется принять это предложение.

— За что ты собираешься платить мне такие деньги?

— За место в моей компании. Если мы договоримся, ты с понедельника работаешь в моем офисе, — Роман закрыл глаза и с наслаждением вдохнул запах кофе.

— И какую ты мне предлагаешь должность?

— Офис-менеджера. Мой увольняется.

Сашка даже через стол подалась.

— Секретаршей? Ты хочешь, чтобы я была твоей секретаршей? — как она не набросилась на него, непонятно. — И я должна поверить, что ты будешь платить мне за это пять тысяч долларов? Роман, ты держишь меня за идиотку! Или я должна буду повсюду ходить за тобой с золотым опахалом? Да хватит уже ржать!

Но Яланский откинулся на спинку и не успокоился, пока у него слезы из глаз не потекли.

Сашка чувствовала, как от злости пылают щеки, и только надежда на то, что это неудачная шутка, удерживала ее от порыва выставить Яланского вон. Наконец, тот угомонился.

— Ты говорила, что ты аудитор, — поднял он глаза на Сашку, делая глоток.

— И финансовый аналитик, — уточнила она, буравя Романа глазами.

— Это то, что мне нужно.