Её (мой) ребенок

— А что случилось-то?? — подбегают менты.

— Нападение на полицейских при исполнении. Для начала. Забирайте. Будем шить их по-крупному…

Остаёмся с Женькой вдвоём.

— Так вышло. Дай телефон…

На память набираю номер Марьяны.

— Ян, это я, Лев. Как Алёнка?

— Хорошо. Номер моего брата. Сохрани. Он приедет сейчас.

— Привезет лекарства, будет развлекать Аленку… короче, отдаю в рабство.

— Аа… — растерянно. — А я не готова к знакомству, Лев!

— Пятнадцать минут тебе подготовиться. Да!.. Важное. Не отвечай на звонки с незнакомых номеров. И на звонки «Славика».

Никому не открывай с домофона.

— Потому, Ян, — меня подколачивает и на вежливость не хватает выдержки. — Мы работаем. Так надо.

Но, словно уловив моё состояние, Кошка на удивление, больше не спорит.

— Давай, брат, — протягиваю ему ключи.

Забрав у Медведева свои запасные ключи, открываю сам дверь. Из комнаты — детских смех…

Алёнка поёт вместе с Женькой свою смешную песню.

— Не так! Не так! — верещит она, перебивая его. — «Хорошо бы сделать так — вж-ж-жик! — задорно вскрикивает. — Срезать все кудряшки. На макушке красный мак, а вокруг…

— Букашки! — дразнит её Женька.

— Ромашки! — хохочет она. — На телефоне включи.

Он послушно включает нужную песню и они снова поют.

Выздоровела? Вот и славно.

Улыбаясь, раздеваюсь. В груди порхает все и тревожно сжимается. Потому что это все — иллюзия, которая может растаять в любое мгновение. Но какая реальная, черт возьми! Что я почти верю в то, что она данность, котору никто не посмеет теперь разрушить.

Иду в ванную, чтобы помыть руки. Дверь на кухню приоткрыта. Оттуда голос Кошкиной.

— Мамочка, да всё хорошо.

Не нужно прилетать. Не волнуйся. Я уже в порядке. О нас заботятся.

— Кто-кто… вздыхает Кошка. — Так вышло, что Айдаров.

— Да! — с досадой. — Я знаю… Я помню… Нет, не простила, конечно! Но так уж вышло.

Да, так уж вышло, что ты, Кошка, родила нашу Айдаровскую копию!

— Юра… а что — Юра? — расстроенно продолжает она разговор. — Нет, предложение в силе. Но, мам… что-то я не могу… Мне кажется, зря я его обнадежила. Пока мы только работали, я была очарована его профессионализмом. Его увлеченностью нашей общей темой.

И это затмевало другую сторону. Но при любой попытке сблизиться с ним как с мужчиной у меня полный ступор. Да и не вижу я его отцом для Алёнки.

Еще не хватало! У Алёнки есть отец, Кошкина. За это я буду биться насмерть.

— Что не так? Да всё, мам! — жалобно. — Он как будто с другой планеты. Я не могу поймать с ним одну волну, как только мы снимаем статусы. Он такой упоротый, что даже не идентифицирует флирт! У него как в аптеке всё взвешенно, посчитано, распланировано на три года вперед.