Её (мой) ребенок

— Мама на днях приезжает, — бросает Женька.

— Не вздумай ляпнуть!

— Ты что не собираешься сказать ей?

— Не так быстро. Алёнка пока не знает, кто я. А мама примчится закапывать меня с Кошкой. И… дальше — не предсказуемо. Но сомневаюсь, что это облегчит мне задачу. Яна параноит насчёт Алёнки. И не выносит давления. А мама… Ну ты сам понимаешь. Нам надо сначала между собой разобраться.

— А когда вы ей скажете, что батя — ты?

Мы дружно затыкаемся, когда она заскакивает в очередной раз к нам.

— Секретики? — хитренько жмурится она.

 — Больше двух — говори вслух!

Подхватываю, поднимая на вытянутых руках так, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Морща нос, смущаясь смотрит мне в глаза, пытаясь уловить — шучу я или серьёзный.

Моя маленькая… В порыве чувств молча прижимаю к себе, отворачиваясь с ней к окну. Внутри все взрывается нежностью и пронзительностью. Обнимает меня руками за шею, кладя голову на плечо.

— Ооу… — умильно стонет Женька. — Милахи!

— Знаешь, Лёва, как быстро решается ваша ситуация?

— «Волшебство» на порыве ностальгических чувств, качественно накосячить, чтобы организовать залёт и… красивое предложение.

— Вот умный же иногда!

— Если б всё было так просто. Она не идиотка…

— Нельзя ругаться! — закрывает мне рот ладошкой Аленка. Целую в тёплую, пахнущую клубникой ладошку и уворачиваюсь.

— Все девчонки немного идиотки, если втянуть их на свою волну, — многозначительно поднимает палец вверх Женька. — Как специалист по придури утверждаю.

Задумчиво смотрю в окно.

— Срежиссируй ситуацию… — хмыкает Медведь.

Срежиссировать? Как?… С этой мыслью иду в ванную, умыться от пыли.

Открываю тумбочку над раковиной. Там, среди прочего, лежит фольги. Беру его, крутя в пальцах. Даже если… Даже если я организую нам крышесносное ностальжи и сломаю ее сопротивление. Она потребует контрацепцию. И ничего не выйдет. Залёта не будет.

Перебирая пальцами, кручу между ними упакованную резинку.

— Ян? — открывая дверь, заглядываю на кухню.

Сидит в своем телефоне.

— Можно абстрактный вопрос?

— В смысле? — подозрительно.

— Абсолютно абстрактный.

— Если бы у тебя был любимый идеальный муж, сколько бы детей ты хотела?

Недоверчиво прищуривается.

— Ну абстрактный же вопрос! Ответь.

— Не знаю… Двоих… Троих…

— А ты меня любишь? — провокационно улыбаюсь ей.

Рассерженно швыряет скомканным полотенцем.

Ловлю его на лету. Возвращаюсь в ванную. Забираю с полочки булавку. И протыкаю квадратик фольги ровно посредине. Этого наверное недостаточно? Делаю еще несколько проколов. Кладу его в карман.

— Ну, вот такой я гад.