Вернуть невесту. Ловушка для попаданки 2

Тогда придется искать другой способ… Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Я энергично мотнула головой, сосредотачиваясь на передних креслах.

Деттар… Мертвенно-бледный, из груди рвется тяжелое, хриплое дыхание, на лбу испарина, на щеке проступил косой узловатый шрам, который он так тщательно скрывал под родовой иллюзией, а по шее расплылась уродливая паутина. С тех пор, как я первый раз увидела ее в Блодже, она стала еще больше. Никс точно не слуга, а жертва… и, судя по метке, в него давно и прочно вцепились.

Эндер… У этого паук. Жирный такой, огромный, в пол-лица.

Ну, то, что кузен записался в помощники Сумеречного за «бочку варенья и корзину печенья»*, мы и так знали.

Зато Кетру порча не тронула, что меня очень порадовало. Впрочем, Видан также не удостоился метки. В принципе, это понятно и вполне объяснимо: зачем тратить магию на того, кого и так легко купить за деньги, положение в обществе, магические накопители, артефакты и прочие блага?

На Василисков можно даже не смотреть – там все в полном порядке. Удивительно дружный и сплоченный род. На Инниле и «ботанике» Динуре тоже ничего нет.

А вот в секторе, где размещался ковен, «факелов» оказалось много.

Причем, почти все с пауками – то есть, не пострадавшие, а добровольные помощники. Но Небин при этом абсолютно чист. Странно, очень странно… Подспудно ожидала увидеть на нем хотя бы паутину. Неужели, я просто предвзято отношусь к недругу Хобба, а на самом деле бывший ректор академии, где училась Эннари, ныне главный имперский целитель сам по себе не такой уж безнадежный человек?

Или он все-таки Маслов? Но с таким же успехом им может быть Иннил, Динур, Видан… любой, на ком отсутствует метка подчинения и служения.

Хотя нет, Видан вряд ли – слишком уж трусоват.

Вздохнула и повернулась к тем, кто находился вместе со мной в круге союза.

Граэм-старший застыл, как натянутая струна, воплощением напряженного ожидания. Но метки не видно. Сегор явно потрясен, во взгляде – растерянность, ужас, однако на нем самом ни паука, ни паутины. И оба, глава Василисков и наследник Химер, не сводят глаз с повелителя."

"А тот… Шею главного Дракона оплетала тонкая белесая паутина. Нечеткая, едва заметная, выцветшая. Если на правителе и стояла метка, то очень слабая, и воздействие оказывалось легкое, поверхностное, но тем не менее оно было.

И это стало самым неприятным открытием сегодняшнего дня – все же я до самого конца надеялась, что Фарн-старший чист.

– Даэт… – отмер, наконец, отец Аллана. – ты…

– Подожди, Улм, – правитель вскинул руку, останавливая его. Покачнулся, согнулся, будто его ударили под дых, но тут же снова упрямо выпрямился. – Сначала покажи. Хочу видеть.

Василиск стиснул зубы и взмахнул рукой, материализуя перед другом и повелителем водное зеркало.