Вернуть невесту. Ловушка для попаданки 2

– Ладно, разберемся, – пообещала я неопределенно, но очень грозно и повернулась к Фарну, который терпеливо ждал, когда мы с фениксом закончим выяснять отношения. – Спасибо за помощь. Но мне домой надо. Правда, надо.

Сказала и внезапно поняла: не хочу, чтобы Фарн разжимал руки и выпускал меня из таких крепких, надежных, очень нужных сейчас объятий. Совершенно не хочу. Категорически. И неожиданно для самой себя предложила:

– Мэтр Хобб – отличный целитель… Он и тебя может осмотреть. Если желаешь. Ты ведь тоже пострадал…

– Желаю. Еще как желаю. Отчаянно нуждаюсь в его помощи, и чем скорее, тем лучше.

Надеюсь, твой «артефакт» вместе с моим сумеют незаметно перенести нас в Твердыню? – бодро откликнулся «пострадавший». И, нагнувшись к самому уху, тихо шепнул, щекоча губами висок: – Не думаешь же ты, что я оставлю тебя одну этой ночью? После всего, что случилось.

От легких, почти незаметных прикосновений щекам стало жарко, и я выдала первое, что пришло в голову:

– Дверь ванной заперта изнутри. К утру дворцовые слуги решат, что ты утонул."

"– Не проблема. Я пошлю вестника своим людям, они все организуют… Ну, что, приглашаешь меня в гости? К целителю, разумеется.

За лечением и очень важными, жизненно необходимыми советами.

И Фарн улыбнулся как-то особенно светло и открыто.

Что можно было после этого ответить? Только одно:

– Да.

И пусть все проблемы, новости, важные разговоры и споры немного подождут. Хотя бы до завтра.

Наше появление во флигеле оказалось весьма впечатляющим. Если не сказать, феерическим.

Фарн не позволил мне высвободиться – так и нес на руках от Пика Дракона через все порталы, выстроенные ящером и птицем.

А на попытку возразить лишь обронил коротко и веско, что после выброса не стоит пока передвигаться самой. Пришлось поверить на слово, тем более, что феникс, похоже, был с ним полностью солидарен. Он вообще практически не отлетал от меня. Кружил, как наседка над цыпленком, заботливо заглядывал в лицо и, не переставая, причитал:

– Ань, ну, ты как? Ничего не болит? Искру ощущаешь? Горит ровно? А слабость? Слабость сильная, да? Пошевелиться можешь? Ань, ну что ты молчишь, а? Скажи что-нибудь. Я ж волнуюсь.

Сначала я только отмахивалась и отворачивалась.

Скажу, обязательно скажу – все, что думаю об этом пернатом. После того, как окончательно приду в себя, нас ждет серьезный разговор, долгий и обстоятельный.

Но птах все не успокаивался, и я не выдержала.

– Знаешь, Фень, с одной стороны, я тебя понимаю. Мы оба слабые, мне еще учиться и учиться, ты лишен половины сил, заниматься некогда – постоянно что-то происходит, время поджимает, а тут еще и каэды напали. Экстремальная ситуация требует таких же мер. Все это ясно.