Его упрямая студентка (СИ)

— Что нас останавливает, моя красивая девочка? — его пальцы ласково убрали мои волосы за ухо. — Или ты думаешь, что я сделаю тебе больно?

Сейчас. Сейчас! Нужно было признаться сейчас! Внутренний голос призывал молчать. Но я больше не могла держать это в секрете!

— У меня никого не было. Никогда.

Его брови сошлись на переносице. Я будто видела, как в его голове появляются разные мысли, одна за одной. И они не сходились, были противоречивыми.

Мужчина с огорчением тряхнул головой.

— Ты встречаешься с Бондаревым. Думаешь я поверю, что у вас не было секса.

Глаза наполнялись слезами от того, что мне приходилось доказывать.

Это неприятно и обидно.

— Никогда. Мы договорились, что сделаем это, как только я буду готова. Но за полгода… у меня не прибавилось смелости. Я не понимала, в чём дело. Пока не появился…

Дыхание перехватило. Я шумно сглотнула.

— Кто? — грозно спросил он.

— Ты, Марат, — слезы хлынули из глаз, но я продолжила, отступать было некуда. — Я пыталась внушить себе, что это ничего не значит. Но…

Договорить не получилось. В горле застрял жгучий стыд и унизительный страх. Теперь он знал.

Почему-то Тимофею было легко признаться, что я невинна.

А вот Рахманову нет.

Словно для него я хотела казаться опытной девушкой, понимающей свои желания и желания мужчины.

Марат резко отошёл в сторону. До этого прижатая к его ноге, я завалилась на пол. Успела выставить ладони, чтобы уж совсем не упасть.

— Я первый, кто коснулся тебя по-взрослому? — он задал вопрос в приказном тоне.

К моим щекам подступила кровь. Они продолжили гореть под его безжалостным взглядом. Я вспомнила настойчивые пальцы на моих влажных трусиках. Как он подвёл меня к пику и подарил наслаждение.

Во рту стало сухо. Мне бы успокоиться и сесть на диван. Перевести дыхание.

Но его волновало иное. За одно мгновение мужчина сорвался и бросил, почти рыча:

— Довольно молчания! Почему я вытягиваю из тебя каждое слово?! — его лицо было разгневанным. — Ты никогда не кончала с мужчиной?

— Нет, — дрожащими губами прошептала я. — Только с тобой.

Долгие секунды он рассматривал меня, будто увидел впервые. А затем по комнате разлетелся его тяжёлый вздох. Он провел рукой по брови и чуть прикрыл глаза.

Я поняла, что он сожалеет. Если бы мужчина знал заранее, то не прикоснулся бы ко мне.

Получается, я была права? Ему не нужна девственница.

— И ты пришла работать сюда? — обвиняюще спросил он. — Тебе настолько плевать на себя?

— Я не думала, что они поступят так! — исступлённо крикнула, сжав ладони в кулаки.

— Тебе нужно перестать быть наивной! — сквозь зубы произнес Рахманов.

— Я буду тебя учить!

Он ринулся ко мне и, взяв за плечи, быстро поднял с пола. Только мои ноги не слушались, онемели, а высокие каблуки вовсе представлялись орудием пыток.