Проклятие ульфхеднара

Пока вообще василевс не узнал, кто это сделал. Но времени, чую, немного.

— Сам у него спросишь.

Ингольв, закончив одеваться, всего лишь подхватил собранную суму и быстро вышел из казармы вслед за Лейви. Они едва успели скрыться в тени, как внутрь вошёл кто-то из часовых — и тут же зазвучали встревоженные голоса, грохот и топот. Оказывается, утро уже расходилось, хоть и показалось, что на дворе ещё глубокая ночь. Суета, вызванная смертью Магна, теперь выплеснулась из дворца во двор. По нижней аркаде сновали люди, из окон доносились отзвуки громких разговоров. Ингольв и Лейви, переглянувшись, приняли как можно более отстранённый вид и пошли к воротам.

Но не к главным, через которые их теперь вряд ли выпустят, а к западным. Там сейчас стоят свои люди, которые поостерегутся перечить. Василевс отпустил северян со службы, а значит, задерживать их во дворце резона никому нет.

— Опоздаем на корабль — и застрянем здесь ещё на месяц, — тревожно буркнул скальд. — А уж когда до дома доберёмся, это и подавно неизвестно.

У западных ворот, показалось, было чуть спокойнее. Однако двое стражников тут же выступили навстречу, готовясь останавливать тех, кто собирался выйти.

— Не велено никого выпускать! — гаркнул один.

— А ты приказ василевса спроси, — ещё издалека начал нападение Ингольв. Пожалуй, хорошо, что Лейви разбудил его раньше, чем нужно. — Он нас освободил от службы. И мы уплываем домой.

— Не велено! — упрямо повторил часовой и сжал губы, отчего его чёрные усы вытянулись в одну линию.

— Да ты понимаешь, что я тебе устрою?..

— Выпусти их, — раздался за спиной спокойный голос.

Лейви ошарашено глянул на Ингольва, и они оба обернулись. К ним шёл Блефиди, сохраняя совершенно невозмутимый вид, словно не боялся казни, не ждал, что его вот-вот схватят.

— Но приказано… — уже не так уверенно возразил стражник, а второй только брови грозно сдвинул, не говоря ни слова.

— Насчёт них особый приказ. Они больше не служат василевсу и свободны идти туда, куда им заблагорассудится.

Часовые переглянулись и неохотно пошли открывать ворота. Змей поравнялся с Ингольвом и шепнул, не поворачивая головы:

— Ждите меня у пристани. Если не успею до отхода корабля, так тому и быть.

Больше ничего не добавил. Но его решение задержаться во дворце, чтобы хоть ненадолго отвести от себя подозрения, показалось разумным.

Ворота закрылись за спиной. Душный город обхватил со всех сторон тисками проснувшейся жизни. Внизу, в просвете улицы виднелись наклонные мачты дромонов, стоящих на рейде. С капитаном одного из них они уже обо всём договорились. Лишних людей на борт он брать не хотел, но вот от гребцов не отказался. Ещё и заплатить обещал, но это уже не было столь важным.

На пристани толкотня стояла, как в разгар дня. Воняло тухлой рыбой и потом.