Проклятие ульфхеднара

Он-то ещё толком не знал о том, что здесь творилось.

— Так откуда войску взяться? — он даже ложку до тарелки не донёс. — Тут мне такого порассказали, пока тебя не было. Честное слово, волосы по всему телу дыбом встали. Думал, мне тяжко пришлось, когда сбегал. А оказалось, что нет.

— Откуда войску взяться, то потом известно станет, — загадочно проговорил Лейви, которому о всех планах Асвейг уже рассказали. Сразу по возвращении из дома Тругун.

Не слишком обрадовался скальд тому, что мертвецы могут подняться снова, чтобы сразиться с Фадиром, отомстить и за свои смерти, и за смерти отпрысков.

Не поверил даже поначалу. А потом вспомнил, на что девушка способна — и смирился. Эльдьярн и вовсе до сих пор на подопечную за её решение серчал, но быстро смекнул, что переубедить её ему не удастся. Один только Кнут пока не знал. Да ему и забот больших от того не было. Сражаться он не собирался.

— Опять вы что-то недоговариваете, — сразу набычился Гагар. — А я, между тем, сюда торопился, чтобы вас предупредить.

— Я всё расскажу тебе, — попыталась успокоить его негодование Асвейг. — Но чуть позже.

Мужчина не слишком этим утешился.

Но перестал зыркать с явной злобой.

— Так что, Ингольв? Ждать гостей станешь? — попытался уколоть он после короткого молчания, во время которого все принялись за еду.

— Стану. И к сражению подготовлюсь, — тот кивнул, чувствуя, как при мысли о битве шевельнулось что-то внутри, разгорелось нетерпеливым огнём, пробегая по мышцам. — И надеюсь, мне будет чём ещё встретить Хакона и его отца. Если тот сам решит пожаловать.

Гагар обвёл взглядом незнакомых хирдманнов, что прибыли с ним.

— Всё ж думаешь, сумеете Диссельв добыть? — на его лице отразилось сомнение.

Воины Хаки во главе с Лейви и Рагной, выехали в путь на следующий день. Дорога им предстояла не то чтобы слишком долгая, но больше беспокоило, не оказалась бы она бесполезной. Спозаранку они собрались и пропали за воротами. И целый день ещё после взгляд невольно обращался в ту сторону, хоть и понятно было, что так скоро они не вернутся. Сам Ингольв крепко призадумался надо всем, что сейчас висело над ними. То снова принимался обсуждать что-то с ближниками, расспрашивать Гагара. То уходил куда-то, желая остаться один.

Асвейг же после смерти Хельги и вздохнуть лишний раз теперь было некогда. Все хозяйские заботы вмиг свалились на неё.

Только под вечер, когда прекращалась суета, когда уставал Кнут, который никогда не упускал возможности подогнать, уколоть словом или взглядом, становилось немного спокойнее. Тогда можно было и посидеть немного рядом с Ингольвом, просто прислонившись к его плечу и слушая разговор мужчин. Асвейг старалась не упустить ни одного слова, знала, что в очередной раз планы обговариваются для неё.