Фригидная для оборотня многоженца

Стараюсь игнорировать его близость. Получается откровенно паршиво. Нечто в нем есть такое, пробуждающее во мне самой дикость. Что-то неподконтрольное. Некая сторона моего нутра тянется к этому странному созданию. А вот разум вопит: «Беги!». Только некуда бежать.

— Тебе не понравились наряды? — кладет ладони на мои руки, чуть выше локтя. Слегка приобнимает. Почти нежно. Едва касаясь. Дарит обманчивое ощущение защищенности. — Я лично выбирал… охотница, — шепот над ухом проходится бархатным касанием по позвоночнику.

Ему как-то удается даже усыпить мой внутренний страх оборотней.

При всей его дрянной натуре, он чем-то располагает к себе. Может снова его ментальные фокусы? Еще немного и не замечу, как в бесправную куклу превращусь. Надо бороться. Противостоять. Нельзя потерять главное — себя. Нельзя позволить ему уничтожить мою личность. Подмять под себя.

— Я не буду носить то барахло, — говорю решительно. Собрав волю. Готовясь давать отпор. — И я не охотница. Что за ересь. Надоело.

— Мы завтра выйдем в свет, — голос становится еще тише, еще интимней. — Я представлю тебя миру, как свою будущую жену.

Ты собираешь блистать в этом? — едва уловимый порочный смех.

Проводит ладонями вверх и вниз. Медленно. Чувственно. Мне должны быть противны его касания. Меня должно выворачивать. Но этого нет. Я замираю. Мне приятно. Даже когда Джек обнимал меня, я не испытывала и сотой доли таких приятных ощущений.

Я ведь могу его оттолкнуть. Могу отойти. Он не причиняет боли. Не удерживает. Но я продолжаю стоять в опасной близости от монстра.

— Занавесок в доме много. За ночь могу соорудить и новый наряд, — его дыхание на шее.

Обволакивающий аромат леса.

Демоническая магия. Пытаюсь сбросить с себя околдовывающие ощущения. Но они еще сильнее окутывают меня.

— И не думай, что я буду покорно изображать твою невесту. Я не давала согласия на этот фарс, — нахожу силы в себе. Делаю шаг в сторону.

Без его тепла сразу становится неуютно. Тело протестует. Хочет назад, ощущать лживую, обманчивую защищенность в сатанинских объятиях.

— Твое согласие не требуется, — неожиданно возникает передо мной.

Движение, за которым не уследить глазу. Как ему удается передвигаться так молниеносно и бесшумно? Черное золото глаз поблескивает в опасной близости.

— Ты моя, Вивьен, — проводит длинными пальцами по щеке, спускается к шее. Лениво. Соблазнительно. — Навеки… — слова действуют откровенней, чем пальцы, опаляют кожу, пробираются в душу. — И иного не будет. Лучше смирись.

— Пытаешься соблазнить? — усмехаюсь. — Думаешь, упаду в твои объятия? Поддамся очарованию? — смело встречаю его лукавый взгляд. — Ничего у тебя не выйдет, Рэймонд.

— Я бы на твоем месте не давал обещаний, — приближается ко мне вплотную.