За каменной стеной

– Все понимают. И все берегут мои чувства, – задумчивым тоном констатировал он, глядя на меня. От внимания карих глаз, на дне которых застыл холод, даже неуютно стало. – А может, проблема вовсе не в этом?

– Не в этом?… – едва слышно повторила я.

– Нет, – отрезал Миша, склонив голову набок. – Может, я просто не хочу никого разочаровать? А может, это ты, как и другие, боишься разочароваться?

Дыхание перехватило от захлестнувшего меня протеста.

– Я не боюсь, – возразила я, недоуменно мотнув головой. – Потому что я не разочаруюсь!

– Ты не можешь этого знать, Полина.

Его предостережение между строк сбивало с толку и даже настораживало… Однако я стояла на своем.

– Возможно, но я… доверяю своему сердцу!

Взгляд карих глаз исподлобья застыл на мне. Словно Миша пытался просканировать, насколько я честна в своих словах.

– Ладно, – неожиданно бросил он с равнодушием. Поднялся со стула и вернул его к стене, приводя меня в растерянность.

Димин друг будто резко решил поставить точку в этом разговоре, отмахнуться от него. Неужели увидел что-то в глубине моих глаз, что вызвало сомнения?

Неужели я все-таки боялась?…

Мне ведь никто не рассказывал подробностей. Дима был как не в себе после того проклятого вечера, когда они с Мишей встретились в баре, и его жизнь изменилась навсегда. Все, что удалось выяснить – только благодаря случайно услышанным разговорам.

Мой напряженный взгляд застыл на широкой спине хозяина кабинета, который остановился возле комода с ящиками. Он стянул с него мужскую сумку и неожиданно напомнил:

– Насчет твоей подруги, Полина…

– Да, я не знаю точно, что произошло в тот вечер! – внезапно перебила я его, неловко поднявшись с кресла. Заставляя оглянуться и выслушать. – Но даже если ты совершил ошибку, Миша… Я не стану осуждать тебя. Ни за что.

Испытывая меня хмурым взглядом, он вернул сумку на место и медленно повернулся. Кажется, я застала хозяина кабинета врасплох своими словами. Но невозможно было понять, о чем он думает.

– Я видела у тебя шрамы, – взволнованно добавила я. – Ты получил их в тюрьме, да?… Ты там вынужден был делать что-то плохое? Я… не боюсь правды. Не сломаюсь и не упаду в обморок, если ты мне расскажешь все.

Последнее я сказала практически с вызовом, чтобы у Миши больше не осталось ни единого повода проявлять ко мне снисхождение. Он в свою очередь продолжал смотреть на меня в упор, только в карих глазах словно все эмоции пропали.

– Я знаю, что ты хорошая и смелая девочка, – отозвался вдруг хозяин кабинета с налетом холода в голосе, одновременно делая шаг в мою сторону. – Но я убил человека, Полина. И неважно, что это вышло случайно, и что он собирался с ножом кинуться на моего друга, которого я бросился защищать.