Ученики Ворона

Непременно наведаюсь, после того как учебу тут закончу. Пригласишь в гости, барон?

Впереди послышался гул — это переговаривались наши соученики. Мы невольно замедлили шаг — все уже не казалось столь радужным.

— Само собой, — с легкостью произнес я. — Медведя затравим, эля попьем.

— Осталось только доучиться, — добавила немного иронии в нашу беседу Гелла. — А до этого — объяснить Ворону, почему мы без того, чтобы кого-то убить, даже поесть не можем.

— Говорить буду я, — сообщил нам Аллан. — Пошли, пошли. Чего встали?

Тело Кассандры лежало около стола, за которым сидел Ворон, покуривавший трубку. Над трупом стоял Мартин и обличительно смотрел на нас.

— Судя по всему, он сейчас скажет что-то вроде: «Вот они! Убийцы», — задумчиво сообщила нам Гелла, причем без тени иронии в голосе. — Смотрите, как напыжился.

Лицо Мартина перекосилось — как видно, именно это он и хотел сказать.

— А нам еды вы не принесли? — возмущенно спросило сразу несколько человек, заметив, что в руках у нас ничего нет.

Тот факт, что мы между делом кого-то там прибили, большинство наших соучеников не взволновал, а вот то, что мы все в одну рожу стрескали, им не понравилось.

— Кто поспел — тот и съел, — невозмутимо сообщила всем Ромея и села за стол. — Надо было с нами идти, а не тут сидеть и ждать, пока еда с неба упадет.

Мы последовали за ней — в ногах правды нет. К тому же сытость, от которой отвыкли наши желудки, не располагала к активности.

— Все так. — Аллан садиться не стал и подошел к телу Кассандры, встав напротив Мартина. — И поели и убили. С толком время провели, короче.

Маг посмотрел на него и пыхнул трубочкой, выпустив кольцо дыма.

— А что, убили-то за дело? — наконец произнес он. — Или так, забавы ради?

— За дело, — ответил Аллан. — Если бы не мы ее, так непременно она нас, если вы понимаете, о чем я говорю. Этой девушке очень хотелось получить то, что было у нас, и она предложила отобрать это силой, не считаясь с жертвами. Не убей мы ее — и смертей было бы больше.

— Н-да? — Маг посмотрел на Мартина. — Это так? Имей в виду, ученик, я не против лжи как таковой. В некоторых случаях она выступает как инструмент, в некоторых — как составная часть интриги, а в иных даже как благодеяние. Но я твой учитель, и лгать мне как минимум неблагоразумно. Если ты уверен, что сможешь доказать те слова, которые уже были тобой сказаны, — продолжай держаться своей линии. Но если у меня возникнет уверенность в том, что я слышу ложь, ты будешь наказан, притом жестоко. Итак?

Судя по всему, этот простолюдин подал картину конфликта в своем изложении, не слишком совпадавшим с тем, что случилось на самом деле. Может, он и не так умен, как о нем думает Аллан?

— Мы могли бы договориться, — пробурчал Мартин.