В связи с особыми обстоятельствами

– Ты и ты, – указал старший ещё двоим. – Вон ту телегу как-то надо отодвинуть, она будет мешать нам стрелять. Старайтесь делать это не слишком явно, наверняка русские наблюдают за этим местом. Остальным – пока лежать здесь!

Отодвинуть вдвоем перевернутую повозку – тот ещё геморрой. Поэтому к парочке выбранных для этой цели артиллеристов присоединились ещё два человека. Совместными усилиями её кое-как оттащили в сторону, и тонкий ствол орудия хищно шевельнулся, выискивая цель. Теперь ничто не мешало ведению огня – сектор обстрела был расчищен. Дело оставалось только за снарядами.

Зуммер телефона заставил капитана оторваться от пулемета.

– Товарищ капитан! Там – на той стороне реки, шевеление какое-то наблюдается.

Снова гудит под сапогами металлический пол – бегом в наблюдательную башенку. Лязгнули открываемые заслонки, и прыгнул в руки бинокль.

Точно – есть движение! Какие-то полураздетые мужики оттаскивают в сторону перевернутую повозку. За каким, простите, фигом?

У вас там орудие имеется?

Вот, стало быть, какие сюрпризы заготовили нам фашисты!

– Здесь я, товарищ командир!

– На том конце моста немцы пушку к стрельбе готовят!

– Понято… щас мы им навесим…

Загудела, разворачиваясь, орудийная башня, приподнялся ствол пушки.

– Герр ефрейтор! Есть снаряды – целый ящик!

– Форш роется в повозке, сейчас и другие отыщет.

– Ладно, давай пока к орудию и эти…

Прилетевший со стороны железной дороги снаряд рванул землю неподалеку – на головы артиллеристам посыпался всякий мусор и обломки разбитых повозок.

– К орудию! Нас заметили и сейчас перепашут тут всё к чертовой матери! Будем стрелять тем, что есть!

Гахнула, подпрыгнув на месте, незакрепленная тридцатисемимиллиметровка. Встал на насыпи разрыв снаряда, взметнув в стороны щебенку.

Схватился за грудь раненый подносчик, выронив снаряд. Выскочивший из-под насыпи полуголый солдат, подхватил его и, оскалившись в ухмылке, ловко забросил в казенник пушки. Лязгнул затвор.

Веер горячих пуль пронесся над дорогой, выбивая щепки из опрокинутых повозок, поднимая пыль и пронзая её огненными стрелами трассеров. Получив пулю в бедро, рухнул на дорогу ещё один солдат, из тех, которые оттаскивали в сторону повозку.

По борту бронеплощадки стеганул веер осколков – снаряд лег уже значительно точнее, чем предыдущий.

– Майерс, Гофман – помогите развернуть орудие!

Оба артиллериста схватились за станины, разворачивая пушку.

Рухнул на землю Форш. Деревянный ящик со снарядами, ударившись о колесо повозки, упал чуть в стороне.

Уже три пулемета стегали свинцовыми плетьми остатки обоза.

Майор повернулся к лежащему рядом офицеру.

– Я видел отблеск между башнями – там сидит их наблюдатель.