ВоенТур 3 (СИ)

Он определил боевой порядок своей батареи, при котором одним залпом накрывается сразу весь плацдарм.

Когда он закончил и поднял голову от карты, я задал ему только один вопрос:

— Ваше решение о накрытии сразу всего плацдарма правильное и интересное, но есть одно «но»…

— Немец сидит в укрытиях, а ваше оружие хорошо по незащищенному личному составу и технике. Я сильно сомневаюсь в эффективности такого удара.

— Я продумал этот момент. Сначала предлагаю произвести короткий артналет минут на пять-десять. И сразу же после его окончания имитировать общую атаку криком «ура». Когда противник сломя голову бросится занимать окопы, тут мы и произведем залп всеми установками!

— А ведь может сработать! Так и сделаем! Сейчас отдам распоряжение, а ты езжай расставляй свои машины капитан. Связь как обычно. Жду доклад о готовности к залпу.

Задумка капитана сработала на все сто процентов. Через три часа плацдарм был ликвидирован вместе с железнодорожным мостом и скопившимися резервами перед ним на западном берегу. Опасность форсирования Березины в районе Бобруйска, на какое-то время была купирована нами. Понятно что противник не оставит своих попыток к форсированию, но пара-тройка спокойных дней на этом участке у моего командования была.

За всеми своими проблемами, я и не подозревал, что в Берлине сейчас идет обсуждение насколько целесообразно продвигаться дальше на восток к линии Днепра. Адольф Гитлер, обеспокоенный слишком глубокой танковой операцией, указывал Бобруйск как рубеж, на который необходимо выдвинуть лишь охранение. Начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии Франц Гальдер запишет в свой дневник мнение о ситуации под Бобруйском следующее:

Меня и весь штаб бригады сильно угнетало второй день полное отсутствие противника в районе Бобруйска. Почему он не наступает? Ведь каких-то два дня назад он атаковал изо всех сил, особенно на плацдарме у железнодорожного моста. И после того как мы последовательно выбили его со всех захваченных им ранее плацдармов он вдруг пропал. В чем дело? Наша разведка, в первую очередь радиоперехват Марконни ничего не дала. Не смогли прояснить ситуацию и десантники 214-й бригады.

Ответ на этот вопрос я получил в штабе 13-й армии, куда был вызван по приказу генерала Филатова. Как выяснилось в разговоре с ним и его НШ, немцы обошли нашу 100-ю стрелковую дивизию с левого фланга, а стало быть, и весь 2-й стрелковый корпус.

— Приказ на отход они видимо получили с запозданием, уже тогда, когда гитлеровцы подошли к реке Березине и отрезали им путь на восток. — докладывал начальник штаба армии.

Как то так получилось, что его я сейчас видел в первый раз.