ВоенТур 3 (СИ)

В полночь без нескольких минут, подошедшая дивизия начала переправляться через реку Березину. Не в первый раз наблюдая за отходящими остатками наших частей, я понимал, что они действуют деморализующе на моих бойцов. Хоть мои ребята уже далеко не необстрелянные солдаты, все равно от такого они задумываютя о силе и неподимости противника. Ведь мы отступаем… Сейчас переправлялись не только личный состав «сотки», но и многие кто примкнул к ним на лесных дорогах Беларуссии. Некоторые отступающие, если подойти к ним строго юридически, должны быть привлечены к ответственности за отход и получить кто что заслужил.

Однако, глядя на измученных, обожженных солнцем, голодных бойцов, я оценивал их по-своему.

Такие отступающие солдаты, сержант и командиры в большинстве своем были кадровые, обученные, опытные воины. Но случилось то, что случилось — беда. Часто не по их вине — они просто не могли устоять против той силищи, которая на них обрушилась. И необеспеченность артиллерией, танками, авиацией, боеприпасами тоже не на их совести. Они же могут стать золотым фондом в среде молодых неопытных бойцов, если им дать шанс.

Именно поэтому, я немедленно приказал развернуть в тылу своей бригады походные кухни, места приема пищи, полевые души. Ручейков, речушек и небольших озер здесь огромное количество. Да и проводить фильтационные мероприятия при этом намного легче. Не хочет боец мыться в холодной воде? Почему? Говорит что неделю идет по лесам и болотам, а от самого мылом импортным пахнет! На цугундер!!!

И когда усталые, запыленные воины помылись, переоделись в чистое белье, побрились, почистились, поели досыта, отдохнули, и заиграла на их лицах вместо усталости благодарная улыбка. Тогда и можно с ними говорить, и самое главное — приказывать…

Прикрывали переправы 34-й и 46-й гаубичный артиллерийские и 355-й стрелковые полки сотой дивизии и роты нашей бригады. Почему так? Да потому что, бригада не смогла к этому времени выйти к переправам, это с одной стороны, а с другой, кроме 100-й дивизии, вместе с ней вышел весь 2-й стрелковый корпус. А в него кроме «сотки» входила еще одна стрелковая дивизия и корпусные части, и конечно же управление. Но это было не все, со стрелковым корпусом вышли остатки 20-го механизированного корпуса. Он хоть и был по факту пехотой, но какое-то количество танков и артиллерии имел. Так что головной боли мне прибавилось изрядно.

Хорошо хоть, что я знал лично генерала Руссиянова и командира стрелкового корпуса, с которыми не стал бодаться. Вернее они со мной и переправа войск проходила в более-менее спокойной обстановке. Хотя пришлось на ходу придумывать, как увеличить пропускную способность всех переправ.