Час бультерьера

Явился и сказал, дескать, я есть я, меня подставили с помощью двойника. Про алиби я и не заикнулся, про Казанцева тоже. Я сказал, что желаю разобраться с подставой, но испытываю острый информационный голод. Я потребовал, чтобы вы скачали на дискету закрытые следственные материалы и не позднее завтрашнего дня оставили их в «почтовом ящике».

– В каком «почтовом ящике»?

– Об этом позже. Можете сказать, что я не требовал, а просил, взывая к вашему милосердию, ища у вас сочувствия. Можете, наоборот, заявить, дескать, я вас шантажировал. Не суть важно. Главное – я требую от вас компьютерную дискету с закрытой информацией, меня интересует, до чего сумели докопаться частные и государственные ищейки.

– Допустим, я соглашусь участвовать в авантюре. Допустим. И что случится?

– Ежели я прав и у Казанцева рыло в пуху, тогда Николай Маратович вмешается в деятельность подчиненной ему службы безопасности и пошлет в засаду к «почтовому ящику» своих людишек, то есть посторонних головорезов, не имеющих ни малейшего отношения к штатным костоломам.

– Головорезов из той же компании, что и фальшивый Бультерьер?

– Я не ошибся в вас, Зоя. Вы, ха, чертовски умная женщина. Между прочим, я мог бы быть и менее откровенным, мог бы в натуре потребовать принести дискету, и баста. Да, Зоя, Казанцев снарядит в засаду головорезов из той же компании, что и мой веселый двойник. Казанцеву нужен мой труп. Алиби, помните? Мое алиби – моя тайна. А вдруг я сойду с ума и шарахну железобетонным алиби по хитроумной, но шаткой идейной конструкции господина Казанцева? Вдруг я скурвлюсь и сдам к чертям собачьим дорогих мне людей из... Не важно.

– Что случится, если вы ошибаетесь и в засаду пошлют моих сослуживцев?

– Потому я с вами и откровенен, чтобы не калечить зазря посторонних компашке Казанцева персоналий. Я скажу, а вы запомните номер сотового телефона. Ежели я ошибся – позвоните, оставьте сообщение, и я снова возникну из ниоткуда и мы поговорим, как жить дальше. Теперь о «почтовом ящике», запоминайте...

«Почтовым ящиком» Ступин называл дупло в стволе старого дуба. Дуб рос в пятистах шагах от заасфальтированной двухполосной дороги в дальнем Подмосковье. Следовало ехать до приметной березы-великанши с раздвоенным стволом, что притулилась справа у дороги, ежели двигаться от Москвы. Припарковавшись возле березы, следовало идти по лесу строго перпендикулярно асфальту, идти и считать шаги. Пять сотен шагов плюс-минус дюжина, и упрешься в могучий дубовый ствол и увидишь дупло невеликих размеров. До дупла легко дотянется взрослый человек среднего роста.

Ступин подробно объяснил, как добраться до искомой дороги, где и с каких шоссе сворачивать, выехав из Москвы.