Час бультерьера

За несколько лет безупречной службы в «Никосе» Перловский впервые попал под обстрел, никогда ранее, с момента основания, на первых лиц концерна серьезно не наезжали. Даже в эпоху бандитского беспредела девяностых.

В президентском «Мерседесе» старший группы охраны, сидя в кресле рядом с только что застреленным шофером, сумел изогнуться так, что дотянулся-таки ногой до педали тормоза, сумел затормозить и вовремя дернуть «ручник». Машину с простреленными колесами развернуло багажником к стрелку и ударило шлагбаумом поваленного взрывом дерева, но, слава богу, она устояла на всех четырех опорах. Ударило «мерс» не так чтобы особенно сильно, однако изогнувшийся угрем старший все же пострадал – кость спасшей положение ноги то ли треснула, то ли сломалась, и в бедре что-то хрустнуло.

Михаил Юрьевич Юдинов, целый и невредимый, если забыть о паре синяков и стремительно подскочившем артериальном давлении, а также игнорировать психическое потрясение, валялся бревном в тесном промежутке меж задними и передними сиденьями. Сверху на президента лег телохранитель, которого звали Валерой, который связался по мобиле с Пушкаревым в самом начале инцидента, как только кавалькада «Мерседесов» остановилась. И было это всего две без малого минуты тому назад. Валера устроился в службу безопасности «Никоса» весной прошлого года, до этого служил в Чечне по контракту. Валера сохранял ледяное спокойствие и досадовал лишь на то, что при отчаянном стартовом рывке он уронил, потерял мобильник, что мобила закатился скорее всего под передние кресла и он, Валера, не успел закончить докладывать Евгению Владимировичу Пушкареву о нападении на маленькую автоколонну.

Обе иномарки с живыми людьми быстро, прискорбно быстро окутало дымом. Ни хрена за стеклами не видать, ни черта не понятно, как и чего предпринимать, уж слишком, чересчур нештатная ситуация. Однако бездействие смерти подобно.

Перловский наконец сообразил приподняться на локте, наконец схватился за оружие. Снял «ИЖ» с предохранителя, стиснул всеми десятью пальцами, продолжая лежать на сиденьях, поднял вооруженные руки над головой и открыл пальбу наобум, выстрелил в стекло задней левой дверцы раз, другой, третий... Пули калибра девять миллиметров долбили стекло окна в автомобильной дверце, чиркали об асфальт, застревали в стволах деревьев на другой стороне дороги.

Ах, если бы не дымовая завеса! Тогда был бы смысл рискнуть и взглянуть за окно прежде, чем стрелять абы куда.