Летучий самозванец

Едва пойдет сплетня о нашей семейной проблеме, как «друзья» раструбят — Зарецкая не может справиться с личными делами, где уж ей в чужих разобраться. Я всегда на виду, ко мне в центр ходят представители шоубизнеса, за ними тянутся простые люди. Всякому приятно исповедоваться в кабинете, где до тебя плакался селебретис. Журналисты меня ненавидят, сколько раз подкатывались, просили нарушить врачебную тайну, обещали деньги и полнейшую секретность. Я всех посылаю. И теперь мне отомстят, устроят на тебя охоту, разберут по косточкам, вытащат на свет божий твои похождения.

Звезды не любят шума, переметнутся к другим психотерапевтам, за ними уйдет и не пафосная клиентура. На дворе кризис, мой банковский счет обнулен. Леня, Виктория обязана сделать аборт. Будь мужчиной. Раз кретинка не повелась на материальные блага и упорно желает произвести на свет ребенка, напугай ее!

Зарецкий поехал к любовнице и заявил:

— Задумала меня восемнадцать лет доить? Знаю, проходил. В первый раз я был молодой идиот, но сейчас поумнел. Малыша я не признаю, мою фамилию он не получит, на алименты не рассчитывай.

Вика растерянно заморгала:

— Мне подружка сказала, что сейчас делают анализ, который стопроцентно подтверждает отцовство, затем идут в суд, и все.

Я не для себя постараюсь, для Сашеньки.

Узнав от мужа планы Вики, Марфа разгневалась:

— Хорошо, мы с ней разберемся.

Спустя десять дней жена предложила Леониду план.

— Ты говорил, что Василий Олегович рассказывал о своих планах собрать сотрудников с семьями на отдых?

— Да, — кивнул Зарецкий. — Но только он пока не знает, где устроить тусовку, планирует поездку дней на десять.

— Отлично, — обрадовалась Марфа.

 — Предложи ему тот теплоход, где сам развлекался!

— Идиотская идея! Капитан, правда, гарантирует строжайшую секретность и до сих пор никогда не подводил, но мало ли что! Вдруг растреплет Василию про мои вояжи.

— Очень хорошо, — сказала Марфа. — Ты сядешь на теплоход вместе с Викой, представишь ее всем как свою жену.

— Ты заболела? — с тревогой спросил Леонид. — Наша задача скрыть адюльтер, а не выпячивать его.

— Наша задача не платить восемнадцать лет алименты, не попасть на судебный процесс по установлению отцовства и не стать ньюсмейкерами для желтой прессы, — повысила голос Марфа.

 — Ты готов содержать ребенка и его мать? Имей в виду: я ни копейки не дам из своих заработков. Ты не умеешь выделять главное. Да, очень плохо, если об измене моего мужа узнают посторонние, но остальное еще хуже. В конце концов, мы сумеем выйти сухими из воды, объявим Вику психически больной. Но, полагаю, шума не будет, твой Василий Олегович уладит конфликт, у него полно бабок.

— Не надо ничего говорить Самойлову, — испугался Леонид.