Летучий самозванец

Я вспомнила про непонятное лохматое чудовище, притащившее в столовую Викину шубку и устроившее во время обеда погром, вздрогнула и спросила:

Маргарита посмотрела на воду и быстро встала.

— Катер. Я побегу на камбуз. Хочешь совет?

— Приму с благодарностью, — радуясь, что избавлюсь от Риты, ответила я.

— Не ходи в гостиную, — зашептала Некрасова, — там сатана жертвы ищет! Мне твоя жизнь дорога, от кого еще дом получу? Если захочешь правду знать, заруливай вниз, мы, черная кость, на нижнем уровне задыхаемся, пока богатенькие субчики свежим воздухом наслаждаются! Ну, покедова!

Я проводила Некрасову взглядом.

Надо постараться больше не беседовать с безумной Ритой наедине.

— Остановите движение, — загремело над палубой. — Капитан, стопори машину.

— Что случилось? — озабоченно поинтересовался Леонид, выбираясь на палубу.

— Не знаю, — ответила я. — Как себя чувствует Вика?

Зарецкий сел в шезлонг, который только что занимала Маргарита.

— Викуся порывиста, наивна, порой выдает детские реакции.

— Она очень молода, — попробовала я оправдать блондинку. — Вы давно женаты?

Зарецкий закатал рукава рубашки.

Теплоход перестал мерно трястись, звук работающего двигателя стих, теперь судно просто покачивалось на волнах. Иван Васильевич поспешил выполнить приказ патруля.

— Виолочка, — ласково сказал Леонид, — я идиот! Согласны?

— Нет, конечно, — засмеялась я. — К чему столь строгая самооценка?

Зарецкий вытянул ноги.

— Вика мне не жена. Она временная спутница, любовница.

— Ааа, — только и сумела выдавить я.

— Супруга сейчас отдыхает в горах, — продолжал заведующий научным отделом. — У нас категорически не совпадает представление о расслаблении.

Марфа обожает активное времяпрепровождение: лыжи — вот ее хобби. Мне же представить страшно, что я стою на двух узких полосках, держась за хлипкие палки. А о том, чтобы скатиться вниз, лавируя вправовлево… В общем, мы проводим отпуск раздельно. Мне по душе круиз на корабле, тихий, неспешный, с прогулками по берегу.

— Ага, — кивнула я, — ага.

— Вика мечтала поехать со мной, — каялся Зарецкий, — и я, идиот, решил прихватить ее с собой. Марфу никто никогда не видел, фотографии супруги я на рабочем месте не держу, вот и решил: это прокатит.

Если же кто вдруг, паче чаяния, вспомнит, что госпожу Зарецкую зовут Марфой, я сумею выкрутиться, скажу: «Имя устаревшее, жена предпочитает откликаться на Вику». Ну вот вы, например, Виола, а на обложке книги — Арина.

— Шикарная идея, — хмыкнула я. — Кто ваша супруга по профессии?

— Она удивительная женщина, психотерапевт, — оживился Леня. — Умная, красивая, темные волосы до плеч, талия шестьдесят сантиметров, собирается докторскую по психологии защищать, имеет много клиентов.