1000 не одна ложь

— Не уходить… маам, не уходить.

Я почувствовала, как слезы подступают к горлу. Только не сейчас и не при маме.

— Ты нас бросаешь, дочка? Бросаешь на меня детей и… и вот так уедешь?

— Я… я оставлю тебе карточку, там много денег, вам хватит.

— Какие деньги? Разве я сейчас о деньгах. Посмотри на меня. Я вижу… вижу, что это не на пару дней. По глазам твоим вижу. Неужели прав был отец, ты отвратительная дочь и кукушка-мать?

— У меня, — сделала вдох, чтобы не задохнуться от боли, — у меня нет выбора. Я должна ехать с Рифатом. Прости… прости меня, мама.

Повернулась к Амине, и пока Буся беспрестанно повторяла ""мама"", я обняла вторую девочку, и та робко прижалась ко мне. А я гладила ее по голове и не понимала, кого утешаю на самом деле. Чувствуя, как постепенно боль обуяла меня всю, окутала и сжимает тисками. Что будет с нами? С ними?

Аднан не пощадит никого, если я ослушаюсь. Я могла бояться каких угодно монстров и маньяков-похитителей, но его я боялась сейчас намного сильнее. Потому что я вспомнила, кто он и на что способен.

— Ты боишься, да? — спросила Амина на арабском, сжимая мою руку. — Что-то случилось? Не уезжай. Давай уйдем домой прямо сейчас. Тебе не надо никуда ехать…

— Надо, милая. Мне очень надо. Ты присмотри за мамой и за Бусей. Ты большая уже и сильная. Тот номер телефона, что я давала, он у тебя?

Она кивнула.

— Вот и славно. Если что, звони туда, они помогут.

— А ты? Ты не будешь нам звонить? Не будешь с нами на связи?

Я отрицательно качнула головой.

— Не знаю.

— Не уезжай… мне страшно. Мне очень страшно.

— Не бойся, моя маленькая. Все будет хорошо.

— Ты вернешься?

О, если бы я знала…

— Обязательно вернусь.

Прижала к себе еще раз Бусю. Зацеловала глаза, щеки, дрожащие губы, прижала к себе с отчаянной силой.

Из машины посигналили, и я вздрогнула. Обняла маму, не обращая внимание на ее холодное сопротивление.

— Я так люблю тебя, мамочка. Помни об этом, я всех вас очень сильно люблю.

Мама вдруг вцепилась в меня, не давая уйти.

— Не уезжай, слышишь, дочка. Ты ведь не хочешь. Не уезжай с ним. Может, я и не права была, и не муж он тебе совсем. Разведетесь. Ничего, прорвемся, работу тебе вторую найдем. И я как-нибудь покручусь. И не так люди живут. Не уезжай с ним. Ты не обязана.

— Обязана… — ответила очень тихо, — прости меня, пожалуйста. Я обязана.

Посмотрела в глаза дочери и ужаснулась, что для Аднана она живое доказательство измены. Он не считает ее своей дочерью… нашу девочку.