В тени пирамид

– А… это вы? Вы нам всю малину… испортили, – проворчала княгиня.

– Прошу прощения, – смутился Ардашев. – Торопился.

– Ничего страшного, бабушка. Я только протянула плёнку на один кадр и подняла затвор, а на кнопку ещё не нажимала.

– А у вас, я вижу, американская новинка – «Кодак», – заметил Клим.

– Подарила Дашеньке на день рождения, – гордо выговорила старуха.

– Одно неудобство, – улыбнулась красавица, придерживая шляпку, которую ветер норовил унести в море, – всего сто кадров. И как они заканчиваются, приходится отправлять аппарат в представительство «Кодак» по почте. Там напечатают фотографии и вернут фотоаппарат с уже заряженной плёнкой. Когда мы жили в Париже – это было проще. Там было отделение «Кодак». А в России его нет. Из Петербурга камеру можно послать только в Лондон, Париж или Берлин. Ждать приходится почти месяц. Остаётся надеяться, что и у нас скоро появится эта американская компания.

– Ну что ты плачешь, как княжна Ярославна? У тебя, милочка, целая сотня кадров. А мы ещё не сделали ни одного снимка, – она повернулась к Ардашеву и добавила: – Раз уж вы нам попались, сударь, то так просто мы вас не отпустим. Сделайте одолжение, запечатлейте нас на память. Насколько я поняла, это совсем несложно.

– С большим удовольствием!

– Вам надобно будет навести на нас объектив и нажать вот на эту кнопку, – пояснила госпожа Бестужева и передала фотоаппарат Климу.

Дамы расположились у самых лееров, спиной к морю. И Клим, выполнив в точности наставление черноокой красавицы, щёлкнул затвором.

– Спасибо вам! – расцвела улыбкой спутница.

– Всегда к вашим услугам.

– Так уж и всегда? – хитро прищурилась старая вдова.

– А вы турецким языком владеете, господин переводчик?

– А не составите ли нам компанию завтра? Нам бы личный драгоман не помешал…

– Бабушка, право же, неловко, – смутилась Дарья Андреевна.

– Что же тут неловкого? – нахмурилась княгиня. – Обычное дело.

– Почту за честь, ваше сиятельство, – склонив голову в вежливом поклоне, сказал Ардашев.

– Вот и славно, сударь. Но так просто вам ретироваться не удастся. Окажите ещё одну любезность. Велите стюарду принести три бокала «Аи» и бутерброды с икрой. И пусть запишут расходы на счёт нашей десятой каюты. И два пледа прихватите. Мы подождём вас вон в тех креслах у столика. Третий бокал – ваш.

Клим улыбнулся и исчез, но отсутствовал недолго. Он нёс два пледа, а следом шествовал корабельный лакей с подносом, на котором стояли бутылка «Аи», тарелка с бутербродами и сыром. Разместив на столике закуски, стюард наполнил бокалы. Солнце играло в шампанском так озорно и весело, что хрусталь искрился и сиял бриллиантовыми бликами.

– Позвольте угостить вас этим прекрасным напитком.