Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Иван ещё не настоящий Великий князь. Ему только двадцать пятого августа исполнится пятнадцать лет. Ну, и жениться ещё необходимо. Чтобы настоящим мужем стать. Он молчит и смотрит то на протопопа Сильвестра — своего нового духовника и воспитателя, то на митрополита Макария. С момента возвращения Юрия из похода уже седмица прошла, а вести о неожиданной победе и того раньше пришли, более того в Казань отправлен дьяк Олег Андреев, а также четыреста ратников, под командованием князя Шереметева-Большого. С ним же отправлен немец Шмитт и пушкарский наряд с десятью пушкарями и тремя верховыми пищалями, да зелье огненное.

Юрий же, как прибыл в Москву, бросился к Оберакеру Николаю сразу, нужны минометы срочно и не маленькие шестидесятимиллиметровые, а восьмидесяти пяти, а ещё лучше стамиллиметровые — четырёхдюймовые. Оказалось, мастер немчин, как и обещал, изготовил три ещё восьмидесятипятимиллиметровых миномета и четыре четырёхдюймовых. Сейчас к ним срочно отливались полые гранаты — мины и снаряжались порохом с увеличенным содержанием селитры и максимально мелкой фракцией — та самая пороховая мякоть. Именно мины, начинённые ею, взрывались сильнее всего.

Стенки гранат сделали минимальными, только чтобы выдержать подрыв пороха, который мину выбрасывает из ствола. А то старые толстостенные иногда просто на три — четыре куска разрывались.

Немчин литеец обещал за месяц всё справить, и Юрий Васильевич его не торопил. Понятно, что бий Юсуф к Казани подъедет с войском, но не раньше поздней осени. Отёл, окот и прочие летние дела у кочевников летние передвижения большого войска делали невозможным. Зимою тоже не просто собрать много народа. Тебенёвка вещь серьёзная, чуть больше снега выпадет и начнётся массовый падёж овец.

Так что, ждать ногайцев нужно осенью.

— Что скажешь, Юрий Васильевич, на слова бояр? — решился и взял инициативу в свои тонкие какие-то неправдоподобно худые руки митрополит Макарий. У святых такие рисуют неумелые иконописцы сейчас. Ай, пишут, конечно.

— Житие мое! Иже Херувима, — Юрий Васильевич прочитал очередную записку брата Михаила. Он не знал, что точно говорили бояре, выступило десяток человек и по десятку минут его обличали. Но потом брат Михаил делал выжимку и выходило, что боярин огорчён.

Всё, больше ничего. О чём десять минут трепался⁈ О том насколько огорчён? Второй высказался, что сироту нужно пожалеть. Третий вспомнил про пистоль, мол рано отроку с оружием играть. Они специально корчили из себя дебилов или были дебилами, вот какую головоломку решал сейчас Боровой. И к вопросу митрополита не подготовился.

— Нужно срочно готовить рать к Рязани. Я думаю, бий Юсуф попрётся с половиной войска к Казани, а вторую половину отправит с братом или старшим сыном к Рязани.