Зодчий. Книга I

— Я не уверен, что ложиться на Билли Дигриаз мне нравится, если ты не юный гёрл, — немедленно нахмурился тот.

— По! — выделил я. — И только потом — ложиться. Покласть тебе тоже не понравится, если что.

— Оу… Окей, май друг! Я буду лучшим!

Дом старосты я нашёл очень быстро. Самая роскошная изба на главной улице. Голубые резные ставни, почерневшие от времени и солнца бревенчатые стены, и много-много-много роз вокруг. Старик в широкополой соломенной шляпе ковырялся в цветнике, и когда скрипнула калитка, то он повернулся к нам с недоумением.

Которое мигом прошло.

— Господин Зодчий! — выдохнул староста. — Я как раз собирался к вам на встречу!

В одной его руке была зажата тяпка, во второй — корни какого-то сорняка.

— Получается, что я вас опередил, уважаемый. Позвольте представиться, Михаил Иванович Баженов. Новый хозяин этих мест. А это — барон Уильям Дигриаз. Начальник моей охраны.

Короткий кивок Билли пришёлся весьма кстати. В роль американец входил уже по пути сюда, и теперь старательно её играл.

— Ох-ох-ох, ваше благородие, — приосанился староста. — Ох-ох-онюшки. Алексей Иванович я. Алексей Иванович Липаров, если полностью. Чем могу вам помочь?

Он торопливо облизнул губы, покосившись на угрюмого Билли. Американец был максимально суров и молчалив, а ещё хмурился очень усердно. До дрожи в бровях.

— Ваши люди, Алексей Иванович, разграбили хранилище Конструкта… — начал было я.

— Быть того не может, — торопливо прервал меня староста. — Вот вам крест! В Орхово люди все праведные, всё на благо страны родной делают. Выпить там лишку могут, но воровство! Упаси Господи! Это клевета.

— Хм! — выдавил из себя Билли и прищурился.

— Мы плохо начинаем, Алексей Иванович, — грустно заявил я. — Возможно, мне следует быть более убедительным? Должен ли я прибыть сюда с полицейским нарядом для последующего разговора о Кабальном и Борцунове? Включить максимальную официальность и отправить горе-расхитителей куда-нибудь в район Сахалина, и вас вместе с ними за лжесвидетельство?

Староста мигом сдулся.

— Кажется, вы меня поняли, — без улыбки сказал я, дождался утвердительного кивка. — Хорошо. Мне бы хотелось сразу доверительные отношения выставить между нами. Всё-таки работать придётся вместе.

Алексей Иванович закивал согласно, но в глаза всё равно старался не смотреть.

— Михаил Иванович… Ваше благородие… Ребята не злобливые они. Оступились. Наверняка думали, что не будет уже никаких Зодчих у нас. Что там говорить — все так думали. Не судите их так строго.

— Поэтому я сейчас здесь один, а не с полицией. И говорю с вами, а не ломаю им руки и ноги.