2
0— Добрый день, — сказал я, когда подошёл к Мстиславу Глебову поближе. Мужчина обернулся и приветливо улыбнулся. Бледный, и левая рука ещё подёргивается, но зато в сознании.
— Господин Зодчий! — радушно откликнулся сталкер. — Бесконечно рад видеть вас.
— Что с ребятами? — не стал я обмениваться любезностями.
Улыбка потухла. Мстислав отвернулся и сосредоточенно затянулся.
— Это был вопрос, — уточнил я.
— Ну, ещё не в себе. Юрка нормально, а вот Игнатик… — Глебов покачал головой. — Изнанка глубоко в него вошла. Батюшка говорит, что всё в руках Господа теперь и если воля будет его, то выкарабкается.
— Да чего нам сделается, ваше благородие. Все бывалые ходоки за ленточку, понюхали уже Скверны, закалились. Зря я мальчуганов с собой взял, зря.
Я не ответил, посмотрел на церковь. Оттуда как раз вышла пожилая женщина, повернулась, перекрестилась. Новости нехорошие. Значит, лучше мальчонке не стало. Тревожный знак.
Вспоминания о подобных случаях я погасил сразу. Незачем себя мучить. Сейчас не до этого.
— Вы, я слышал, наш новый оценщик, — нарушил тишину Мстислав.
— Да. Старый вас обманывал.
— Торговля честной не бывает, — хмыкнул сталкер. — Он хотя бы больше давал, чем торгаш у Вепря. Там вообще беда… И это… Спасибо вам, господин Зодчий. Если бы не вы, то, наверное, мы бы там все остались. Не сдюжила бы Тень с тем поганцем, не сдюжила. Она девка бойкая, но вы же всё сами понимаете…
— У меня к тебе будет одна просьба, — сказал я Мстиславу.
— Всё что угодно, ваше благородие. Я вам должен. Да что там, вся деревня вам должна.
— Мне нужно порченое золото.
Глебов нахмурился, осторожно потушил окурок и бросил его в урну рядом.
— Чем больше, тем лучше.
— Простите, ваше благородие, но зачем оно вам? Оно же мусорное.
— Это моё дело. Сможете?
Сталкер пожал плечами:
— Хорошо, посмотрим, конечно. Так-то обычно сразу отбрасываем. Что-то иногда Тихону в Комаровку привозим, кузнец тамошний, когда он просит для Олежки. Всё сделаем, ваше благородие.
Мстислав задумчиво почесал нос, но с каждым мигом всё больше и больше преисполнялся воодушевлением:
— Делянку пошебуршим, но не в ближайшие дни, ваше благородие. Она у нас в домике одном, в пригороде Влодавы. Там барахла такого порядочно!
— Но идти просто некому сейчас, ваше благородие. Не стоит мужикам пока в Изнанку соваться, сами понимаете. Выйти должна скверна.
— Понимаю. Но рассчитываю, что не забудете.
— О, не переживайте, — просиял он и покачал головой:
— Ума не приложу, для чего это может вам понадобиться. Неужто польза есть какая?
Я не ответил, а сталкер продолжил:
— Так-то Олежка из него иконы красит, но так это же Олежка. Да и отец Игнатий его привечает, такие ведь не все. Вон, в Каменке церква стоит, там от его икон как чёрт от ладана отмахиваются.
