Американский таблоид

Со сложным и тщательно описанным Эллроем заговором можно ознакомиться на страницах «Таблоида», а уж согласиться или не согласиться с трактовкой автора — дело вдумчивого читателя.

Смелость Бешеного Пса в обращении с реалиями прошлого в случае с трилогией «Преступный мир США» более чем оправданна. Доказав свое мастерство в создании «Лос-анджелесского квартета» на основе криминальных сюжетов, писатель теперь обращается к секретной истории страны. Истории, которая, по Эллрою, так же отлична от официальной версии, как гламурно-ностальгический нуар — от настоящего.

Поэтому его версия бурных событий 50−60-х отсылает нас к слухам, таблоидным очеркам и сексуальной жестокости, характерной для детективных книжных сериалов той поры. При этом Эллрой не впадает в избыточную назидательность и не дает нам забыть, что «Американский таблоид» — это, прежде всего, блестящий криминальный роман, который не давит на читателя чрезмерной претенциозностью и именно поэтому кажется таким достоверным в изложении событий. Тем более что тесная связь преступности, политики, шоу-бизнеса и спецслужб, красочно описанная Эллроем в «Таблоиде», очевидна.

Здравомыслящий циник Эллрой отказывается от идеи о благородных мотивах, как основном двигателе мировой истории. В «Американском таблоиде» и последующих романах трилогии цепи событий, приводящих к глобальным процессам, начинаются с предательства, обманов, сексуальных излишеств, преступных махинаций, вымогательств и других деяний того же свойства на низшем вроде бы уровне. Поэтому для писателя важнее не высокопоставленные политики или крупные персоны по обе стороны закона, а те, чья вроде бы незначительная деятельность остается скрытой, но имеет порой самые громкие последствия.

Именно таким одиночкам — агентам ФБР, полицейским, аферистам и подобным персонажам — посвящен «Преступный мир США».

Еще раз отметим перекличку трилогий Фуллера и Эллроя. У обоих мастеров идеализм героев обречен на поражение, а крушение иллюзий неизбежно приводит к трагическим последствиям. В варианте Бешеного Пса идеализм конца 50-х, стремление к переменам после правоконсервативных полутора десятков лете «охотой на ведьм», утверждением «истинных ценностей» и расовым напряжением, оказывается основой для политической победы «клана Кеннеди».

Но порочная сущность любой власти становится причиной неизбежных разочарований, крушения иллюзий и тяжкого расставания с верой в изменения к лучшему. А обманутый идеализм часто превращается в оружие, направляемое против былых объектов обожания. Подобная трансформация настроений прослеживается в «Американском таблоиде», и особенно ярко на примере Уорда Литтела.