Император Пограничья 11

— Марина уже ждёт вас в студии. Идёмте, у нас мало времени до эфира.

Мы прошли через вестибюль, где охранники в форме проверяли документы посетителей, и поднялись на лифте на пятнадцатый этаж. Коридоры кишели людьми — операторы тащили оборудование, ассистенты бегали с папками, из приоткрытых дверей доносились обрывки новостных сводок.

— Студия прямо по коридору, — Завьялова вела меня быстрым шагом. — После дебатов в Новгороде вы стали самой обсуждаемой персоной в Содружестве. Рейтинги сегодня будут рекордными!

Просторная студия информационного канала встретила меня привычной для них предвечерней суетой. За полукруглым столом из тёмного дерева уже сидела Марина Сорокина — женщина лет сорока с безупречной укладкой пепельных волос. В жизни она выглядела моложе, чем на экрнах, но тот же проницательный взгляд карих глаз сразу оценивал и каталогизировал каждую деталь. За её спиной мерцали маговизоры с картой Содружества, магические кристаллы создавали объёмные изображения.

— Ваше Сиятельство! — Сорокина поднялась навстречу. — Благодарю, что нашли время. Присаживайтесь здесь, рядом со мной.

Едва я опустился в кресло, как меня окружила целая бригада работников.

— Что вы делаете? — я отстранился, когда молоденькая девушка с кисточкой полезла к моему лицу.

— Пудра обязательна, Ваше Сиятельство, — терпеливо объяснила старший гримёр. — Софиты дают сильный блеск, особенно на лбу, носу и щеках. Для мужчин это критично — без пудры на записи будете выглядеть, простите, потным. Никто не увидит грим, зато жирный блеск заметят все.

Пришлось смириться и стоически переносить дискомфорт. Пока девушка орудовала кисточкой, я изучал студию. Записывающие артефакты располагались в трёх точках, их алые кристаллы пока были тусклыми. Технический персонал проверял настройки маговизоров, кто-то корректировал освещение.

— Тридцать секунд! — крикнул режиссёр.

Гримёры испарились, Сорокина последний раз поправила чёлку, записывающие кристаллы вспыхнули рубиновым светом.

— Добрый вечер, дорогие зрители! — начала ведущая своим фирменным бодрым тоном. — С вами Марина Сорокина и специальный выпуск «Делового часа». Сегодня у нас в гостях человек, который превратил рутинные дебаты в политическое землетрясение и заставил говорить о себе всё Содружество — маркграф Прохор Платонов!

На маговизоре за её спиной появилась запись моего утреннего появления — вертолёт, снижающийся прямо к зданию Совета.

— Маркграф, начнём с очевидного, — Сорокина повернулась ко мне с лёгкой улыбкой. — Это была демонстрация силы или просто любовь к эффектным появлениям?

— Скорее практичность, — ответил я спокойно. — Вертолёт экономит время, а его у меня не так много.