Император Пограничья 11

Каменная кладка треснула.

Когда я поднялся, половины червя просто не существовало. Верхняя часть испарилась. Остальное разметало на сотни метров — дымящиеся куски хитина размером с дверь втыкались в стены, падали с неба чёрным дождём.

Наступила оглушительная тишина. Даже ветер замер, словно сама пустыня затаила дыхание. Единичные остатки защитников крепости бросали оружие, поднимая руки. Люди Скалолаза — те немногие, кто уцелел — бежали в пустыню, бросив технику.

Матерясь сквозь зубы, я вновь поднялся на крепостную стену. Василиса и остальные уже собирались во дворе.

— Двести человек гарнизона, — начал я, оглядывая захваченного наркобарона. — Заминированные подступы. И даже дикий Жнец в качестве сторожевого пса. Многовато для охраны собственной задницы, не находишь?

Хасан молчал, но в его взгляде мелькал страх, смешивающийся с ненавистью.

— И главное — баржа с химикатами в Астрахани, — продолжил я. — Тонны хлора и аммиака. Взрыв уничтожил бы полквартала, не меньше. Сотни трупов мирных жителей. И все решили бы, что это я устроил теракт, спасая двоюродного брата. Умно. Но слишком умно для обычного отморозка.

— Я не знаю ни о какой барже, — попытался соврать Волкодав.

— Тогда ты бесполезен и отправишься вслед за червём.

Хасан сглотнул и выдавил:

— Думаешь, я из тех, кто сдаёт партнёров? — он пытался звучать надменно, вот только дал петуха.

— Думаю, ты из тех, кто ценит свою шкуру, — я создал небольшой металлический смерч вокруг своей руки, заставив осколки металла кружиться с жужжанием. — И у меня есть брат, которому отрезали палец. Так что моё терпение не безгранично.

— Прохор, — окликнула меня Василиса. — Раиса вернулась. Со Святославом.

Я обернулся. Тенебромантка поддерживала моего двоюродного брата. Святослав выглядел скверно — синяки, разбитая губа, повязка на левой руке там, где отрезали палец. Но он был жив.

— Прошка! — прохрипел брат, пытаясь улыбнуться. — Как же я рад тебя видеть.

— Вот только нам стоит прекратить встречаться при таких обстоятельствах, кузен, — я ответил ему горькой улыбкой.

А потом повернулся обратно к Волкодаву.

— Итак, где мы остановились? Правильно, на вопросе о твоих работодателях. Или партнёрах. Или тех, кто дёргает за ниточки.

Хасан облизнул губы и ответил:

— Баржа… это была не моя идея. Это пришло сверху. От тех, кому нужно было убрать тебя чужими руками и повесить на тебя клеймо террориста.

— Имя, — потребовал я.

— Ладно, ладно. Ладно! Вот как всё было…

Князь Михаил Фёдорович Сабуров склонился над бумагами, изучая отчёты о сборе налогов. Ручка шуршала по листу, оставляя размашистые пометки на полях.