Лисы (ЛП)

Сам я понимаю, почему Винни не хочет идти в полицию, потому что Дашиэль избегал полиции по той же самой причине – там с тобой обращаются, как с преступником, из-за того, чем ты занимаешься. Дашиэль говорил, они заставляют тебя чувствовать себя нечеловеком, и подспудно ты начинаешь бояться, что они правы: что ты и впрямь не более, чем кусок мяса, потому что продаешь свое тело за деньги.

– А если он и был тем самым психом? Что, если он был убийцей, а она, черт бы ее побрал, не захотела идти в полицию? Разве это не делает ее ответственной за следующего, кого он убьет? Почему она не захотела остановить его?

Мысленно я прошу ее замолчать.

Думаю, она хочет, чтобы ее проводили до дома, однако быть участником этого разговора я не хочу.

Я держу рот на замке.

– Извини, – говорит Донна спустя какое-то время.

Она плотнее запахивает свой плащ. Поднимается ветер, и ее черные волосы разлетаются в разные стороны. Без капюшона с моими было бы то же самое. Я думаю, она просто потрясена, вот и сердится.

Туман над парком превращается в дождь. Я начинаю беспокоиться. Если снова промокнуть, то у меня закончатся запасы сухой одежды. Мне правда очень нужно пальто – но я не уверен, готов ли показаться в одиночку в том единственном известном мне месте, где его можно взять.

Донна начинает немного прихрамывать.

– Погоди секунду, – просит она. – Ноги натерла.

Я встаю под поскрипывающий навес продуктового магазина и жду, когда она наденет свои туфли обратно.

Пока мы идем, я чувствую, что ей хочется взяться за руки. Дашиэль взял бы ее за руку. Но со мной она просто подходит поближе, и наши руки изредка задевают друг друга. Это ничего. Некоторые ее подруги пялятся на меня, Донна же – никогда.

С нею мне никогда не бывает неловко. Она никогда – даже неумышленно – не задает неудобных вопросов. Которые давили бы на меня, как недавно вопросы Винни.

– От тебя так приятно пахнет, – мягко произносит она спустя несколько минут тишины. – Дашиэль говорил, что от тебя всегда пахнет цветами.

Я краснею, чего она, к счастью, не видит. Мне он об этом наблюдении не говорил.

– Это так мило. – Она улыбается.

От Дашиэля всегда пахло ванилью и карамелью. Из-за крема для тела, которым он пользовался. Иногда меня тянет купить себе тюбик такого же крема, чтобы вспоминать его запах, но, наверное, тогда я стану грустить еще больше.

Здравомыслящая моя сторона считает, что вдобавок это ненормально немного – так отчаянно цепляться за то, чего уже нет. Как и мечтать о том, чтобы имя Дашиэля высветилось на экране моего телефона. Только это больше не мой телефон. Я отдал его Мики.

Но как бы я ни прислушивался к здравому смыслу, перестать мечтать я не могу.

Мы доходим до ее дома. Вместе с еще четырьмя девчонками Донна снимает здесь двухкомнатную квартиру на седьмом этаже.