Ботан

Стянул с него все тряпки к чёртовой матери, развернул спиной к себе, и он упёрся руками в спинку дивана. Оттопырил манящую задницу назад и получил шлепок.

— На меня больше не орать, — шепнул я и укусил за мочку уха.

— Имею право, — через стон ответила эта язва.

— Это с чего ты взял? — продолжая кусать его шею, я скользнул пальцем между ягодиц, стал массировать и дразнить вход в задницу.

— Ты меня любишь, — запрокинул он голову назад и прикрыл глаза.

— Аргумент, — согласился и, прогнув его в спине, вошёл в податливое тело.

Обнял, прижал к себе и трахал его, выпивая не тихие стоны.

Каждый раз мозги плавятся, имея Артёма. Держать ближе, чувствовать его бешено бьющееся сердце. Потерять голову от охуенного оргазма. Дрочить его член и знать, что он кончает от моих ласк. Он — лучшее, что могло со мной произойти. И сейчас, водя рукой по его налитому кровью члену, я почувствовал желание попробовать его на вкус.

73

Вытащил ствол из попки Соколова, услышал его разочарованный стон. Но не успел он высказаться, как я развернул его, толкнул на диван, сел на колени взял его член в руку и уставился на него.

— Стас? — удивлённо хриплым голосом позвал Тёма.

— Молчи.

Опустил глаза на розовую головку с каплей его смазки. Долго не думая, вобрал его в рот, Артём застонал и задёргался. Стал сосать, обводя член языком по кругу, сжимая его яйца в кулак. Это оказалось пиздец как возбуждающе, мой ствол стал ещё твёрже. Рука сама опустилась к члену, и, сжав его, водил по нему, кайфуя от неожидаемого удовольствия.

Артём запустил пальцы в мои волосы и стал насаживать мои рот глубже на свой член, стонал и извивался. Потянул меня за волосы и поцеловал меня, сам направляя мой стояк в его задницу.

Вошёл одним толчком до самого конца. Не отрываясь от друг друга, я продолжал таранить его грубо, быстро и напористо, пока мы оба не начали биться в конвульсиях от нахлынувшего оргазма.

Упал рядом с ним на диван без сил и потный. Несмотря на унизительную позу на коленях и на то, что я сосал, — это было охуенно.

— Ты сумасшедший, — тяжело дыша, Артём положил голову на мою грудь.

— Почему?

Ну, я немного психованный, но всё же.

— Не ожидал, что ты это сделаешь, — поднял он голову ко мне. — Но это было невероятно.

Спасибо, — взял моё лицо в свои ладони и поцеловал страстно.

— За это спасибо не говорят. — Я сам не ожидал от себя такой хуйни, но ни капли не жалею.

— Мне всё равно, что там говорят. Я благодарен тебе, что ты рядом, и, что ты всё решаешь за меня."

"— Я накосячил, так что стараюсь исправляться.

Чувство вины — самое конченое чувство.

— Я тебя люблю. Но если ты ещё раз что-то от меня скроешь, то яйца оторву.

Его серьёзный и решительный взгляд говорили, что он не шутит, но рассмеяться всё равно хотелось.